Онлайн книга «Царь Скорбь»
|
Мучительно медленно, неуклюже одолевая песчаные наносы (нелегкое это дело – гулять на костылях по песку), Донна направилась к брату. Стоило ей приблизиться, Ван откопал под ногами великолепный «песчаный доллар», поднял находку к небу, вытащил из кармана другую руку, и Донна, подойдя вплотную, обнаружила, что брат уже успел набрать их целых полдюжины. — Вот это зрелище! – заговорила Донна. – Ван Макбрайд более чем с пятью долларами в руке! Впервые за всю историю. Только послушай совета профессионала: не пробуй дурь на них покупать. А то твой дилер не прохохочется до будущего понедельника. Ван улыбнулся ей с разбивающей сердце нежностью. — Знаешь, это ж единственные вправду хоть что-то значащие богатства на свете. Время на поиски «песчаных долларов» да морской воздух в груди. Все остальное – тлен. — Долбаный хиппи. Уголки глаз Вана украсились лучистыми, радостными морщинками. Оба развернулись и вдвоем, плечом к плечу, двинулись вдоль берега. У самой воды, по песку, спрессованному океанским прибоем в твердую, мокрую, ровную массу, управляться с костылем оказалось значительно легче. — Мне тебя так не хватает, – выпалила Донна и тут же пожалела о сказанном: ведь плакать она не любила сроду. Ладонь Вана легла на ее спину. — Однако ж это не оправдание. Донна поникла головой. — Проклятие… знаешь, если ты явился только распекать меня, можешь возвращаться назад, на тот свет. — Это не оправдание твоему образу жизни. Всему тому, что ты сотворила с собой, не говоря уж о сотворенном с любящими тебя людьми. И о том, что ты сделала с несколькими сотнями женщин, в жизни не знавших ничего, кроме насилия и горя. Каждая из них – Кэди Льюис. — Ты с Кэди их не равняй! Далеко им до Кэди! – возмутилась Донна, так резко отпрянув от брата, что костыль выскользнул из-под мышки и она, вскрикнув, мешком рухнула на песок. — Все они были Кэди, – возразил Ван, доброжелательно глядя на нее сверху, но даже не думая помочь ей подняться. – Однажды в шкуре Кэди Льюис побывал даже тот самый тип, убийца Кэди Льюис. — Да плевать мне, что там кто пережил! – зарычала Донна, лежащая перед ним. – Плевать, кто сколько обид перенес! Плевать, чего кому не досталось и что у кого отняли! К херам всю эту чушь! Неважно это! Мало ли, кто насколько себя пострадавшим считает – это не дает ему права жизни других губить! — Именно, – подтвердил Ван. – В точности моя мысль. Кажется, мы с тобой первый раз за всю жизнь хоть в чем-то согласны. Солнце сияло у него за спиной, отчего его рыжие волосы пылали огнем, словно венец из чистого золота. — Если тебе обязательно кого-то стыдить – вон, иди к Гвен приставай! – выкрикнула Донна. – Вот уж кто ничем не лучше меня! Знаешь, что она творила в том хосписе? — Знаю. И ты знаешь прекрасно. Помогала людям достойно уйти. И чудом не погибла, пытаясь выкопать из-под развалин в Нью-Гемпшире отчаявшуюся, облажавшуюся девчонку. Как оно все? Очень похоже на человека, кончающего стариков по приколу? Ты же сама ни секунды в это не верила. Другим можешь втирать что хочешь, но мне-то пургу не гони. А самой себе врать – вообще дело гиблое. — Не могу я ничего исправить, – устало вздохнула Донна и спрятала лицо в ладонях (брат казался настолько великолепным, что смотреть больно, а она снова расплакалась). – Все до дайма бы отдала, Ван, лишь бы исправить дело, но не получится. Не выйдет, даже за все деньги в мире. |