Книга Царь Скорбь, страница 418 – Джо Хилл

Затворив шкаф, Элли повесила на место замок, развернулась, и тут в дверной проем шагнул Колин. При виде Элли он расплылся в лучезарной улыбке.

— Заблудилась? – полюбопытствовал он.

* * *

Остановившись в дверном проеме, он оперся плечом о косяк, склонился всем телом вбок. Разглядеть в темноте его лица Элли не удалось, хотя наголо выбритое темя Колина глянцевито поблескивало, озаренное лунным светом. Сердце Элли стучало где-то у самого горла, страх на время лишил ее дара речи.

— Заблудилась? – переспросила она, насилу совладав с собой.

Как ни странно, вновь обретенный голос прозвучал относительно нормально.

— Экседрин, говорю, искала и заблудилась? – пояснил Колин. – Для кого, кстати? Для себя или для Донны? Много она выпила?

— Для себя, – ответила Элли и снова бросила взгляд на стол.

У края стола поблескивали пластмассовыми боками кубики – в одном коллекция разноцветных скрепок, из другого торчал пучок «Шарпиз»^[300]. Рядом с ними всегда стоял третий, наполненный таблетками экседрина (Колин поглощал их как леденцы), но разглядеть его в темноте ей не удалось.

— А ты, значит, уже дома, – продолжила она. – Я и не думала, что ты так скоро вернешься.

На ее собственный взгляд, это здорово смахивало на начало признания, исповеди воровки, объясняющей, отчего она думает, будто кража должна сойти ей с рук.

— Я проторчал в Нью-Йорк Сити шесть часов – то есть на пять с половиной часов дольше, чем следовало.

Разок-другой попробовав выпрямиться в полный рост, Колин оставил эту затею, как будто решив, что дело не стоит усилий, и вновь привалился плечом к косяку. Похоже, он и сам был изрядно пьян, а может, под кайфом, а может, и то и другое.

— Почти половину дня просидел в переговорной. Семьдесят пять этажей над Пятой авеню, вокруг денежные мешки, желающие прибить к столу мои яйца… Один сказал: твое счастье, что тут окна не открываются, а то вышвырнули бы полетать. Чистый смех… вот весело получилось бы, если б попробовали! Представляешь картину: влетает к нам сквозь стекло Царь Скорбь и начинает миллиардерами в «летающие тарелочки» играть!

— Серьезные неприятности? – поинтересовалась Элли.

— С кем, с ними-то? Вообще никаких. Ерунда это все. Полная. Ну что они сделают? Забрать свои деньги сейчас просто не смогут. Как в старой поговорке. Если ты задолжал банку сто тысяч долларов и не можешь расплатиться, у тебя серьезные проблемы. Но если ты задолжал банку сто миллионов долларов и не можешь расплатиться, серьезные проблемы у банка. В прошлом году «Драгонвэр» перенес не один удар, а это пакостное видео с нашей идиотской ссорой в Рэкхеме стало вишенкой на торте. Но, забрав деньги сейчас, мои инвесторы уйдут в проигрыше. А в выигрыше окажутся, только держась со мной.

— Ну а не смогут они… к примеру, отнять у тебя компанию? Проголосовать и выкинуть тебя с поста президента?

Колин смерил ее непонимающим взглядом, и Элли почувствовала, как по телу бегут мурашки. Ну да. Разумеется, не смогут. Колин сотрет их с лица земли при первых же поползновениях. В конце концов, для чего ему дракон нужен?

— Сказать по правде, нравлюсь я акционерам или нет, мне плевать, – оставив ее вопрос без ответа, заговорил он. – Вот твое отношение, отношение Эллисон Шайнер – дело другое. Между нами с тобой все ладно? Когда мы в последний раз виделись, ты выражала несогласие с моим мнением вот этими костлявыми кулачками.