Книга Полное собрание рассказов, страница 13 – Майкл Коннелли

Босх улыбнулся. Шугар Рэй вспоминал забытые им детали.

— Нил Армстронг, да. Но остальные члены группы — Playboy All-Stars — были на одном из других вертолетов, и он вернулся в Дананг. Там были только вы, и вы несли свой собственный "топор". Вы играли для нас. Соло.

Босх посмотрел на инструмент в седых руках старика. Он помнил тот день в "Сэнктуари" так же отчетливо, как и любой другой момент своей жизни.

— Вы сыграли "The Sweet Spot"^[7], а затем "Auld Lang Syne"^[8].

— Я сыграл и "Вальс Теннесси". По просьбе молодого человека в первом ряду. Он потерял обе ноги и попросил меня сыграть этот вальс.

Босх торжественно кивнул.

— Боб Хоуп рассказывал нам свои шутки, а Конни Стивенс пела "Обещания, обещания". А капелла. Меньше чем через час все закончилось, и вертолет взлетел. Я не могу этого объяснить, но это что-то значило. Это делало что-то правильным в беспорядочном мире, понимаете? Мне было всего девятнадцать лет, и я не понимал, как и зачем я вообще туда попал.

— В общем, с тех пор я переслушал много саксофонов, но лучше не слышал.

Босх кивнул и встал. Его колено громко скрипнуло. Он догадывался, что пройдет не так уж много времени, прежде чем он окажется в одном из этих мест. Если, конечно, ему повезет.

— Я просто хотел сказать вам об этом, — сказал он. — Вот и все.

— Ты был в тех туннелях, да? Я слышал о них.

Босх кивнул.

— Ты мог бы рассказать об этом Бен Ладене.

Он указал на телевизор, как будто именно там находился террорист.

Босх покачал головой.

— Нет, это совсем другая игра. Тогда тебе давали фонарик и "сорок пятый", желали удачи и бросали в яму. Теперь это датчики звука и движения, тепловые датчики, инфракрасные… это совсем другая игра.

— Может быть. Но охотник все равно остается охотником.

Босх посмотрел на него, прежде чем заговорить.

— Спокойствия, Шугар Рэй.

Он направился к двери, и в очередной раз Шугар Рэй остановил его.

— Привет, Санта-Клаус.

Босх обернулся.

— Ты производишь впечатление человека, который одинок в этом мире, — сказал Шугар Рэй. — Это правда?

Босх без колебаний кивнул.

— Большую часть времени.

— У тебя есть планы на рождественский ужин?

Босх заколебался. Наконец он покачал головой.

— Никаких планов.

— Тогда приходи сюда завтра в три. У нас будет ужин, и я могу привести гостя. Я тебя запишу.

Босх заколебался. Он так часто оставался один на прошлых Рождествах, что подумал: может быть, уже слишком поздно и что находиться рядом с кем-то может быть невыносимо.

— Не волнуйся, — сказал Шугар Рэй. — Пока у тебя есть зубы, твою индейку в блендер не положат.

Босх улыбнулся.

— Хорошо, Шугар Рэй, я буду.

— Тогда до встречи.

Босх прошел по пожелтевшему коридору и вышел в ночь. Направляясь к машине, он услышал, что из открытого окна все еще звучит рождественская музыка. Это была инструментальная композиция, медленная и тяжелая, на саксофоне. Он остановился и только через мгновение узнал в ней песню "Я вернусь домой на Рождество". Он стоял на дорожке и слушал до конца песни.

* * *

Автор выражает благодарность Джону Хоутону за рассказ о событиях на корабле USS Sanctuary, вдохновивших его на создание этой истории.

“Father’s Day” was originally published in The Blue Religion, edited by Michael Connelly.

Крошечное тело жертвы осталось в одиночестве в коридоре отделения неотложной помощи. Врачи, прекратив реанимационные мероприятия, торжественно удалились и задернули пластиковые шторы вокруг кровати. Вся конструкция, управление и назначение больницы заключались в том, чтобы предотвратить смерть. Когда усилия не увенчивались успехом, никто не хотел этого видеть.