Книга Полное собрание рассказов, страница 10 – Майкл Коннелли

— Великолепный век.

— Простите? — сказал Босх.

— Дом престарелых "Великолепный век", чем могу помочь?

— Да, Дональд Тид там проживает?

— Проживает? Нет. У нас здесь работает Дональд Тид. Вы его имеете в виду?

— Думаю, да. Он здесь?

— Он здесь сегодня, но я не уверена, где он сейчас. Он хранитель и перемещается. Кто звонит? Это приставание?

Босх почувствовал, что все встает на свои места. Он решил попробовать.

— Я друг. Не подскажете, там ли мой друг? Его зовут Квентин МакКинзи.

— Да, мистер МакКинзи здесь проживает. В чем дело?

— Я перезвоню.

Босх положил трубку, и его взгляд остановился на саксофоне.

Николай Серван открыл глаза в тот момент, когда Босх появился в дверях. Босх положил листок бумаги на стол и сел напротив Сервана, сложив руки и поставив локти на стол почти в зеркальном отражении.

— Мы попали в затруднительное положение, мистер Серван.

— Загвоздка?

— Проблема. На самом деле их несколько. И я хотел бы дать вам возможность на этот раз сказать мне правду.

— Я не понимаю. Я сказал вам правду. Я сказал вам правду.

— Мне кажется, вы кое-что упустили, мистер Серван.

Серван сцепил руки на столе и покачал головой.

— Нет, я рассказал все.

— Сейчас я расскажу вам о ваших правах, мистер Серван. Внимательно выслушайте, что я вам зачитаю.

Босх зачитал Сервану его права с бумаги, лежащей на столе. Затем он развернул ее и попросил ломбардщика подписать ее. Он протянул ему ручку. Серван заколебался и, казалось, медленно перечитал форму отказа от прав снова и снова. Затем он взял ручку и подписал. Босх задал первый вопрос, как только острие ручки оторвалось от бумаги.

— Так что вы сделали с отмычками грабителя, мистер Серван?

Серван надолго сжал губы, а затем покачал головой.

— Я не понимаю.

— Конечно, понимаете, мистер Серван. Где отмычки?

Серван только уставился на него.

— Ладно, — сказал Босх, — попробуем так. Расскажите мне, как вы подключили эту витрину.

Серван склонил голову.

— У меня есть адвокат, — сказал он. — Пожалуйста, у меня есть адвокат.

* * *

Босх остановился перед домом престарелых "Великолепный век" и вышел из машины с саксофоном и подставкой. Из открытого окна доносилась рождественская музыка. Элвис Пресли пел "Голубое Рождество".

Он подумал о том, что Николай Серван проведет канун и день Рождества в тюрьме Паркер-Сентра. Возможно, это будет единственное тюремное заключение, которое он когда-либо увидит.

Окружная прокуратура только после праздника решит, предъявить ему обвинение или отпустить на свободу. Босх знал, что, скорее всего, это будет последнее. Ведение дела против ломбарда было сопряжено с трудностями. Серван перестал говорить и вызвал адвоката. Послеобеденные обыски в его доме, машине, ломбарде и мусорных контейнерах в переулке не дали ни отмычек Монти Келмана, ни способа, с помощью которого витрина была подстроена для доставки смертельного заряда. Даже причину смерти было бы трудно доказать в суде. Сердце Келмана перестало биться. Всплеск электричества, скорее всего, вызвал фибрилляцию желудочков, но в суде адвокат защиты мог легко и, скорее всего, успешно доказать, что следы ожогов на руках и ногах жертвы неубедительны и, возможно, даже не имеют отношения к причине смерти.

И все эти препятствия были незначительными по сравнению с главной трудностью — жертва была вором, убитым во время совершения преступления. Он неоднократно совершал преступления против подсудимого. Будет ли присяжных волновать, что Николай Серван устроил для него смертельную ловушку? Скорее всего, нет, сказал прокурор Босху и Эдгару.