Книга Инкубатор смерти, страница 96 – Ирина Градова

— Все равно не понимаю, к чему вы ведете… — начал было Гурнов, но лицо Мономаха внезапно осветилось.

— А я, кажется, понимаю! — воскликнул он. — Вы считаете, что они действительно родственницы? Одинаковая группа крови, похожая внешность…

— Прокурор Пак сказал, что в разговоре с бывшим мужем Семеновой всплыл интересный факт, касающийся ее родителей. По его словам, бывшая жена как-то упомянула, что ее отцом был какой-то то ли артист, то ли музыкант…

— Что вы сказали? — перебил Суркову Мономах. — Музыкант?

— Да, а в чем дело?

— Сын Лавровой… Когда я спросил, есть ли у них другие родственники, которым нужно сообщить о случившемся с его матерью, парень сказал, что его бабушка сильно выпивает, поэтому они не общаются. А еще он сказал, что она, как напьется, начинает разглагольствовать о том, что родила дочь от знаменитости, а не от какого-то шаромыжника, каким является муж Лавровой!

— Это правда? — переспросила следователь, широко распахнув и без того большие глаза, и Мономах, несмотря на совершенно не способствующую романтике обстановку, невольно залюбовался их удивительным цветом: казалось, в радужной оболочке смешались зелень лесного мха и болотной ряски.

— Вы серьезно? — спросил Иван, переводя недоуменный взгляд с одного собеседника на другого. — Реально считаете, что Лаврова и эта… Семенова — сестры по отцу, что ли?! Этот ваш Пак — он ясновидящий?

— А что, вам такое кажется слишком невероятным?

— Ну знаете, в мире нет ничего невозможного, но все же… Вовка, ты-то как думаешь, есть в этом смысл?

— Так можно же проверить! — развел руками Владимир. — Если остались кровь и ткани Лавровой…

— Я еще не уничтожил образцы, — перебил его патолог, — но как быть с Семеновой?

— У нас есть ее дочь, — ответила Суркова. — Она же подойдет для сравнения ДНК?

— Тащите сюда девчонку, и я проведу тест… Только, уж извините, не сегодня: мы и так подзадержались!

* * *

Евгений ожидал увидеть человека с печатью зоны на физиономии и был приятно удивлен тем, что внешне Федор Долгушин выглядел как успешный бизнесмен, а не как бывший урка.

— А я тебя сразу узнал, — недолго думая, перешел на «ты» Долгушин, внимательно разглядывая гостя. — По телику видал: люблю передачи про криминал!

— Старая любовь не ржавеет? — не удержался от сарказма Евгений, но собеседник лишь добродушно ухмыльнулся.

— Я давно завязал, — напомнил он. — Уже двенадцать лет как законопослушный гражданин: плачу налоги, занимаюсь благотворительностью — помогаю собачьим приютам, знаешь ли… Но детективы люблю, это да.

— Имеешь право, — в тон ему ответил Евгений.

— Я на эту встречу согласился по двум причинам. Первая: мне знакомо твое лицо. Вторая: люди, через которых ты меня искал, заверили меня, что ты — неблат^[7].

— Я польщен.

Долгушин снова ухмыльнулся. Евгений пришел в центральный ломбард, принадлежащий бывшему зэку, — самый первый, который он открыл около десяти лет назад на Кирочной улице. Местечко козырное, народу тьма, и, судя по интерьеру помещения, дела идут — лучше некуда. Долгушин принял прокурора в маленьком офисе, в который тот попал, миновав зал приемки и оценки изделий.

— Так о чем же ты хотел со мной перетереть? — поинтересовался владелец ломбарда. — Просто ума не приложу, что тебе могло от меня понадобиться!