Онлайн книга «Петля Сергея Нестерова»
|
— Да брось ты, Володь! Я за своих только радуюсь, а вам благодарен, не знаю как, что вытащили меня. Сегодня на площади, может, в первый раз за последние годы человеком себя почувствовал, бойцом, как говорил наш Михалыч. Последний раз что-то подобное было в восемьдесят третьем году, когда источника из облавы вывозили, на автоматы шли. И сегодня тоже, как в бою. Вот, ты – и вот, противник. Володя, надо было видеть их лица, глаза – сколько ненависти, злобы, когда они сцепились друг с другом и стали орать, как заведенные: «Долой КГБ!», «Долой КГБ!». Если б эти враги, а они – враги нам, это я тебе точно говорю, если б они знали, что я – чекист, живьем бы растоптали. — Но ведь не растоптали же? – Моренов откинулся на спинку стула и прищурился. – Да кто ж подумает на тебя, что ты – офицер КГБ? Да ни в жизнь! Ну-ка, повернись в профиль – нет, не похож, разрази меня калина! Не похож! — Прикалываешься? — А ты волну не гони, спокойней надо. У нас работа такая. – Моренов раздраженно отодвинул свою чашку на край стола. – Думаю, с тех пор, как ты начал работать в Управлении, сумел прочувствовать и понять, что за обстановка в стране и в Москве, в частности. Город сейчас забит чеченцами, эти джигиты все под себя подмяли: гостиницы, рынки, плодоовощные базы, крупные магазины, рестораны. Нет такого места, где крутятся деньги, и не было бы чеченцев. Ведут себя нагло, развязано – хозяева жизни. И попробуй, тронь!? Что мы, что милиция – в одном положении. Они тут же бросаются жаловаться к своим высокопоставленным землякам, и в итоге: дело закрыто, а задержанные отпущены. Раздался звонок аппарата правительственной связи, Моренов резко встал, быстро подошел к телефону и снял трубку. Услышав голос на том конце провода, заулыбался, напряжение спало, звонил кто-то из своих, поздравлял с праздником. Пообещав зайти через полчасика, Владимир Андреевич вернулся на место и продолжил разговор, как будто не прерывался. — На Даниловском рынке сейчас азербайджанцы работают, цветами торгуют. Они уже где-то с год там обретаются. Создали у себя кооператив: в пригороде Баку построили теплицы, выращивают цветы, в основном, гвоздику, она лучше всего идет. Процесс у них отлажен: цветы собрали, на самолет и в Москву, на Даниловский. Цветы продали – выручку в Баку. И опять цветы в Москву, деньги в Баку – эдакий круговорот гвоздик в природе. Дело цветет и пахнет. Сначала один азербайджанец торговал, потом двое, потом трое, и попали эти ребята в поле зрения чеченцев. Те им объявили, что половину выручки они должны отдавать им. Азербайджанцы возмутились: «С какой стати?». Особенно один из них возник, молодой такой, горячий, Мурад. Этот пришел к нам в приемную на Кузнецком, рассказал все и попросил защиты. Мы, конечно, пообещали и взяли этих чеченцев в разработку. Джигиты оказались серьезными ребятами, данью обложили не только азербайджанцев на Даниловском, еще пять точек. У них и оружие было, четыре ствола Макарова. Но пока мы все это выясняли, они опять наехали на этих азербайджанцев. Лица всем набили, цветы поломали, а Мурада заложником взяли, как самого активного. Держали на квартире в Капотне, били нещадно, до потери сознания. Но он все-таки исхитрился и позвонил нам, сообщил, что взяли его чеченцы, только адреса, где держат, не знает. Но мы квартиру установили и с группой захвата взяли чеченцев. Работали жестко, мордой в пол и в отработку этих гадов по полной. – Моренов, вспоминая, безрадостно вздохнул. – А Мурада отделали здорово: три ребра сломали, закрытая черепно-мозговая травма, пришлось парня в наш госпиталь везти. Но ничего, подштопали его… |