Книга Петля Сергея Нестерова, страница 259 – Руслан Григорьев

Нестеров отметил про себя, что Моренов уже тогда знал, кто будет работать в этой операции и, получается, специально для него разыграл оперетку с правом «самостоятельного» выбора решения.

— Мурад, дагестанцы из Москвы или приезжие?

— Не москвичи, это точно, по одежде видно. Сказали: из села Новопакское рядом с Чеченской республикой. Остановились, вроде, в Клинске, – он сдвинул брови, вспоминая, – хотя, может, и нет. Врать не буду, не помню точно.

— Ничего, это не страшно. – Нестеров записал для себя имена дагестанцев и подумал, что, если они выйдут через Мурада непосредственно на контакт с ним, дальше дело техники – наружка установит: где живут, что делают, что едят и пьют, чем дышат. Потому начал отработку легенды своего знакомства с хозяином цветочного бизнеса. – Давайте, будем считать, что человека, который им может продать оружие, вы нашли. Он сидит перед вами. Нашли через дальнего родственника, который живет и работает в Охтинске. Знаете такой город?

— Обижаете, я все-таки МИФИ заканчивал, практику там проходил…

— Вот и прекрасно. Меня вы тоже знаете, Нестеров Сергей. По просьбе вашего родственника я на своей машине привожу ему в Охтинск цветы на реализацию. Что-то, как вы считаете, я от этого имею и, вообще, по вашим наблюдениям, нуждаюсь в деньгах. Вам обо мне известно следующее: квартира, семья – в Москве, служит прапорщиком в Охтинске на складах армейского вооружения и обмундирования. Когда в очередной раз я забирал цветы, вы намекнули мне, что можно хорошо заработать на том, чем я занимаюсь – есть люди, которые очень хотят купить «товар» прямо со складов. Правда, вы не объяснили, что за товар и какое количество нужно. Я не сказал ни «да», ни «нет», но телефон оставил. Записывайте! – Мурад засуетился, но быстро нашел бумажку и ручку. – Двести пятьдесят шесть, четырнадцать, восемьдесят два. Дальше, дело уже не ваше. Да! – опомнился он. – Как только они появятся – тут же звоните по этому телефону. Не будет меня, звоните напрямую Владимиру Андреевичу. Теперь, кажется, все. Спасибо за угощение. Очень вкусный чай, молодость вспомнил: как с друзьями из Баку чай с пахлавой пили. И не только чай. – Нестеров улыбнулся, вспомнив бакинцев и их восточное гостеприимство.

— Друзья остаются на всю жизнь. Друг молодости – друг до старости. – Заметив, что Сергей стал подниматься со своего места, Мурад заторопился. – Не беспокойтесь, я не подведу ни вас, ни Владимира Андреевича. Позвольте, провожу вас.

Они вышли из вагончика. Солнышко уже грело вовсю, почти по-летнему. Сбоку образовался один из торговцев цветами и протянул Нестерову букет из двух красных и трех белых гвоздик, красиво завернутых в целлофан. Мурад удержал Сергея, потянувшегося во внутренний карман за деньгами.

— Прошу вас, не обижайте, уважаемый! Это наше поздравление с праздником для вас и вашей жены.

Отказаться было нельзя. «Восток – дело тонкое», – как говорил красноармеец Сухов.

Дома на лестничной площадке Нестеров столкнулся с сыном, которого видел последний месяц мельком, на бегу. Он отрастил волосы почти до плеч, на шее – платок, на ногах – сапоги, которые почему-то звали «казаки». И где он их только взял? Мать, наверное, купила – вечно она его балует.

— Куда это ты с утра пораньше в таком виде?