Книга Граф в моей постели, страница 28 – Нина Венс

Мы укрылись за каменной тумбой, которую каким-то капризом времени поставило посреди современного тротуара. Адриан проверял схему перехода, я придерживала страницы. Книгу больше нельзя было читать подряд: одни строки исчезали, другие возникали поверх них. Зато следы старого клея оставались на месте. Материал упрямо сохранял то, что магия пыталась переписать.

Я нашла край поздней вставки. В ней снова говорилось о неизбежном расставании, о долге, о единственном правильном поступке. Всё было написано так убедительно, будто автор заранее знал, какие слова сильнее подействуют на испуганного человека. Под вставкой просвечивала первоначальная схема с тремя кольцами.

— Подожди, — сказала я. — Мы читаем чью-то поправку как закон природы.

Адриан посмотрел на лист. Я объяснила, где новый край и почему старый рисунок продолжается под ним. Он не стал возражать. Снял перстень, положил на изображение первого кольца и увидел, как линия засветилась. Значит, исходная запись ещё действовала.

Шум вокруг на мгновение отступил. Мы получили не готовое спасение, а проверяемую возможность. Это было меньше, чем обещали пророчества, зато больше, чем давал страх. Я расправила лист ладонью, стараясь не порвать размокший край. Мне предстояло сделать ту же работу, что в мастерской: убрать позднее наслоение и не повредить основу. Только теперь на кону стояла не музейная подпись.

Книга раскрылась сама. На последней странице появилась новая надпись.

«Врата закроет тот, кто выберет любовь вместо времени».

Я поняла.

— Адриан.

Он посмотрел на меня.

— Что?

— Мы должны остановить подмену.

— Нет.

— Нужно вернуть книге исходную запись.

Он покачал головой.

— Я помогу тебе удержать страницы.

— Даже если после этого дороги разойдутся.

— Тогда найдём, как связаться снова.

— Только без обещаний, которых не можем проверить.

Он кивнул. Мы разложили книгу между собой и совместили линии на старых листах.

— Сначала закроем разрыв, — сказала я.

— А потом решим, что делать дальше.

Поздняя вставка вспыхнула голубым светом. Её края осыпались, не повредив старые страницы. Под чужим исправлением проступил первоначальный рисунок.

Люциан был опасен не силой, а уверенностью в собственной правоте. Он говорил о людях как о фигурах на доске и называл разрушение необходимостью. Рядом с ним даже воздух казался холоднее.

Люциан смеялся.

— Вы думаете, старая схема всё исправит?

Изабелла появилась рядом.

— Нет.

Люциан обернулся.

— Ты?

Она сняла медальон.

— Я всё это время работала на тебя.

Я замерла.

— Что?

Адриан тоже не понимал. Изабелла улыбнулась.

— Я знала, что Люциан откроет портал.

— Тогда почему помогала нам?

— Потому что хотела привести его сюда.

— И оставляла ему достаточно следов, чтобы он считал себя умнее всех, — добавила Изабелла.

Она повернула медальон. С внутренней стороны блеснула та самая отполированная поверхность, которую я заметила на кухне. Это было маленькое зеркало. Оно принимало чужие приказы и показывало отправителю выбранную часть происходящего. Люциан видел наш страх, поиски и ссоры. Он не видел, как мы нашли первоначальную схему.

Вместо облегчения я почувствовала злость. Изабелла снова называла рассчитанным ходом то, через что пришлось пройти другим людям. Она могла объяснить устройство ловушки заранее. Могла предупредить о медальоне. Могла хотя бы однажды спросить, согласны ли мы участвовать.