Книга Закрыть гештальт, страница 4 – Анна Шнайдер

Да уж. Мне показалось, что я не просто сказала мужчине «привет, Гриша», а как минимум треснула его чем-то тяжёлым по голове. Дыхание Прозорова сбилось, глаза вытаращились, рот приоткрылся, а зрачки, кажется, моментально сузились, превратившись в крошечную точку.

— Инна? — выдохнул Прозоров с какой-то неожиданной для меня болезненностью, и я величественно кивнула.

Взгляд Гриши пополз вниз. Изучил мою фигуру, обтянутую алым откровенным платьем и лишь сверху скромно прикрытую кожаной курткой, длинные стройные ноги в чёрных лодочках на небольшом каблуке, задержался на самых соблазнительных частях тела — груди и бёдрах, — и я вновь ощутила, как на месте сердца запекло.

Я знала, что выгляжу прекрасно, если не сказать потрясающе. Но тот факт, что у меня давно не было лишнего веса, к сожалению, совершенно не помогал закрыть гештальт, открытый Прозоровым.

— Привет, — сказал Гриша, улыбнувшись с таким трудом, будто у него внезапно заболели все зубы. — Очень рад, что в этом году ты пришла. Идём дальше вместе.

Странная фраза у него получилась. «Идём дальше вместе». Понимаю, Прозоров наверняка подразумевал прохождение калитки, но звучало так, будто он немедленно собирается на мне жениться.

Я даже улыбнулась краешком губ от нелепости подобной мысли. Жениться! Нет уж, если я когда-нибудь всё-таки решусь довериться мужчине, то точно не Прозорову. Сейчас мне всего лишь нужно с ним поговорить. Правда, пока я не представляла, как начать этот разговор, но что-нибудь придумаю. Необязательно же бросаться в омут с головой прямиком с порога, верно?

Мы прошли на веранду, причём Гриша аккуратно и ненавязчиво поддерживал меня под локоть. И периодически косился — я чувствовала на себе его взволнованный взгляд. Настолько поражён моим внешним видом? Странно. Наташа Синеокова вон как поправилась, на неё же он не таращится? Или Прозоров читает, что я не могла похудеть? Глупости. Всякое бывает в жизни. Толстые худеют, худые толстеют, волосатые лысеют. Ничего особенного.

Хотя мне похудение, конечно, далось большим титаническим трудом.

Когда мы с Прозоровым шагнули на деревянный пол веранды, вокруг внезапно на пару мгновений прекратились все разговоры. Присутствующие синхронно посмотрели на нас, и я быстрым взглядом выхватывала выражения лиц — довольное, даже почти счастливое у Киры, удивлённое — у Макса, досадливое — у Наташи, любопытные — у остальных девчонок.

Первым заговорил Женька Шелехов.

— Салют, Гриш! — громко сказал он, приподняв бокал с шампанским. — Ты решил в третий раз жениться?

Я давно представляла из себя мисс невозмутимость, но в этот момент проняло даже меня.

— В третий раз… — пробормотала я в шоке. То есть за двенадцать лет Прозоров успел дважды побыть женатым? Ничего себе жизненный опыт.

Впрочем, если представить, что Гриша при этом спал только с жёнами, то это даже мало. По крайней мере у меня за последние годы было столько любовников, что я давно перестала их считать.

— Кхм, — кашлянул Прозоров, кажется, чувствуя себя неловко, но локоть мой не отпустил. — Не узнали, ребят? Это же Инна. Жарова Инна.

— Обжорова?! — с изумлением выдохнула Наташа моё школьное прозвище, точнее, свою любимую дразнилку, и я прохладным тоном протянула, красноречиво оглядев Синеокову с ног до головы: