Книга Закрыть гештальт, страница 13 – Анна Шнайдер

В итоге я звонила отцу три раза в год. На его день рождения, Новый год и 23 февраля. Быстро поздравляла, слушала равнодушное «спасибо» и клала трубку, не понимая, зачем всё ещё продолжаю это делать — отец-то сам не звонил мне никогда, ни на один из праздников.

После того как я поведала Грише о своей профессии, он сам, не дожидаясь моих вопросов, принялся рассказывать про себя. Как поступил на факультет менеджмента, параллельно занимаясь бизнесом вместе с отцом, как постепенно въезжал в дела, как самостоятельно открывал свой первый ресторан, потом второй, третий… Сколько проблем их заведения отхватили во времена ковида, какие были убытки, однако закрылись далеко не все рестораны и кафе — малая часть. Просто пришлось переориентировать точки, многие перешли на доставку, другие стали готовить для ретейлеров, третьи — заниматься бизнес-ланчами. Но всё это требовало серьёзной реорганизации процессов, разумеется.

Слушала я с интересом. Прозоров всегда умел красиво и складно говорить — этого не отнять. Я даже едва не забыла, зачем сюда вообще пришла… Пока за соседние столики не принялись рассаживаться остальные наши одноклассники, почему-то косясь на сцену перед входом в ресторан. Я тоже покосилась туда и обнаружила, что на помостки заходит какой-то коллектив с электрогитарами.

— Сейчас будет живая музыка, — негромко заметил Гриша, незаметно оказываясь ближе ко мне, и осторожно коснулся локтя. — Концерт сорок минут. Может, всё-таки сядем? Талантливые ребята, я специально их позвал…

Концерт, значит. Давненько я не была на концертах.

— Ладно, давай сядем, — согласилась я, и мы опустились за ближайший столик.

Сразу после этого я поймала на себе злобный взгляд Наташи Синеоковой — в нём горела жажда убийства, — и подумала, что после выступления всё же стоит убраться отсюда куда-нибудь подальше.

Когда видишь подобные выражения лиц, поневоле начинаешь верить в порчу или сглаз.

Инна

Концерт и правда был отличный — Прозоров не сплоховал, заказал что надо. Ребята виртуозно играли на гитарах, а солист классно пел классические роковые композиции вроде «Беспечного ангела» и «Что такое осень?». Не знаю уж, всем ли по душе подобная музыка, но нам с Гришей она всегда нравилась. Я делилась с ним своими предпочтениями тогда, в одиннадцатом классе… да и он своими делился. Если, конечно, Прозоров говорил правду, отвечая на вопрос про музыку. Теперь я не была уверена в том, что он отвечал мне правдиво хотя бы на один вопрос. Если уж решил ломать комедию, то почему бы и по всем пунктам не пройтись?

Главное: запоминать, что врёшь, чтобы не попасться. Для меня это всегда была слишком сложная схема. Зачем обманывать, если можно просто промолчать?

После концерта я вдруг осознала, что пора бы наведаться в туалет, и встала из-за столика. Прозоров бросил на меня вопросительный взгляд, поднимаясь следом, но я остановила его, покачав головой. Он умудрился понять меня без лишних объяснений и молча кивнул, опускаясь обратно на стул.

Я начала медленно продвигаться ко входу в здание ресторана. Зашла, поинтересовалась у администратора, дежурившего за стойкой рядом с дверью, где у них туалет, нашла нужное помещение, сделала все дела, вышла… и тут же наткнулась на Наташу Синеокову, которая, судя по всему, поджидала меня под дверью.