Книга Свадьба, страница 31 – Алекс Лоренц

Дядь Володя достал черепаху, двинулся к упырёнышу. Тот оторвался от артерии, прильнул по-паучьи к телу, что колыхалось под ним, как холодец, оскалился, стал пятиться. Ему в лоб угодил обух топора. Малец опрокинулся, стал мотать головой, разбрасывая кровавую слюну. Черепаха приземлилась ему на грудь, встала в боевую стойку, вытянула шею, зашипела мертвяку в морду. Тот пискнул, стукнулся затылком о пол и затих. А рептилия продолжала шипеть – грозно, громко, даром что сама размером с кулачок.

— Очуметь, – сказал Кеша. – Получается, черепаха – это оружие против вампиров?!

— Ещё какое, – ответил дядь Володя.

— А я думал – крест, чеснок…

— Это да. Но больше всего они черепах боятся – как огня. Почему – не знаю. Вон, видите, этого аж парализовало. А черепахи – наоборот, воинственность свою при них выказывают. А те им ничего сделать не могут. Однако черепаха особенно действенна, если под рукой хороший топор!

— Я хотела ему в лобешник лезвием зарядить, – сказала Ева, – как в фильмах показывают… но уж как сумела.

— Это ты в целом правильно, – оценил предводитель. – Лучше так, чем никак. – Он взял топор, собрался было отсечь маленькому мертвецу башку.

— Стойте! – остановил Костя. – Дайте мне!

— Хе-хе! Таки созрел?

— Надо ж когда-то лишаться девственности. – Косте всё ещё было не по себе, но он приладился, прицелился, рубанул раз, другой, третий – голова отделилась. Черепаха перестала шипеть, успокоилась. Дядь Володя бережно убрал её в карман. Ева и Кеша зааплодировали.

— Молоток! – похвалил Иннокентий.

— С тобой не пропадём! – добавил Ева.

— Руби теперь бабе голову, – скомандовал дядь Володя. – Давай, не тушуйся.

Костя сглотнул слюну, сморгнул фиолетовые круги, подошёл к тётке, что распласталась лицом вниз. Тут оказалось сложнее – мощная шея с трудом поддавалась лезвию, а при каждом ударе женщина дрыгала конечностями.

— Ты не смотри, что она дёргается, – приободрил его дядь Володя. – Она уже наполовину упырь, с нею кончать надо, иначе сама за нас возьмётся.

Кое-как Костя справился с задачей, утёр пот со лба.

— А теперь марш все вниз, на кухню, – приказал милиционер. – Открываем газ!

Лестничный пролёт перед первым этажом перекрыло раскоряченное тело. Над ним склонился Герман – гладил бездыханную мать по волосам, ронял слёзы.

Четвёрка остановилась.

Вот тебе и свадьба, подумал удручённо Костя. Хотел парень обзавестись новой семьёй, а в итоге утратил и ту, что была.

— Что случилось? – спросил дядь Володя.

Герман поднял заплаканное лицо:

— Затоптали, суки! – и заскулил, как брошенный щенок. Все потупили взоры. – Понеслись по лестнице как сумасшедшие! Мама упала, а они все… ублюдки… знай себе бегут – будто ничего не случилось… Всё эта мразь виновата, Полина! Жалею, что с нею познакомился. А ведь могло сложиться совсем по-другому. Не будь этой свадьбы – мама была бы жива! Выйди я в тот день минутой раньше – мы бы разминулись и ничего б не случилось. Не успел на автобус – двери у меня перед носом захлопнулись. Жду следующего. И тут она – в коротком платьице, со своими глазами этими… ТУПЫМИ! – Он исказил голос и раздвинул пальцами веки, кривляясь. Привалился спиной к перилам. – Я засмотрелся. Такая точёная, хрупкая, беззащитная. Дальше – опять роковая случайность. Может, я бы просто полюбовался и через минуту забыл. Но тут у неё ломается каблук…