Книга Щань. Повесть, страница 35 – Алекс Лоренц

И выражения лиц одинаковые. Улыбки до ушей – губы растянуты до толщины нитки. И выпученные глаза. Если бы обыкновенный человек так вылупился, глазным мышцам сделалось бы больно.

Они не моргали.

Мертвецы. Те самые, пропавшие. Из пионерлагеря. Которых не нашли.

«Видят они меня или нет?» – думал Прохор. Безумные взгляды смотрели никуда, в пустоту.

В оконное стекло стукнулась собачья морда. Шерсть вылиняла рваными островками. Губы скатались в трубочку, острые зубы обнажены. Пустые глазницы. От ушей остались оборванные лоскуты. Мотнула башкой – во все стороны полетели маслянистые чёрные брызги. Капли, что попали на стекло, лениво поползли вниз, отращивая чёрные хвосты, словно головастики.

Прохор отпрянул, ощупью подобрал свой рюкзак, который перед ужином поставил у ножки стола, и юркнул в приоткрытую дверь в комнату. Подошёл к окну. Верхний шпингалет отсутствовал, от него остался светлый след. Зато нижний на месте. Запирающий стержень плотно вбит в просверлённую в подоконнике дырку. Взялся за рычажок, дёрнул вверх. Рычажок отломался.

Выматерился сквозь зубы, отвернулся от окна, стал шарить взглядом по комнате.

Ничего, что могло бы помочь.

Встал полубоком к окну, разбил локтем стекло во внутренней створке. Потом во внешней. Рюкзаком сбил торчащие осколки.

С противоположной стороны дома послышался строй шагов.

Вышвырнув рюкзак наружу, он нырнул головой вперёд в пустую створку. Плащ за что-то зацепился. Наверное, за гвоздик. Затрещала ткань.

Рухнул в колючий куст шиповника. Выбираясь, драл ладони в кровь.

Сквозь заглохший сорняками яблоневый садик ринулся прочь.

– Пси-волна… двадцатый уровень… мощность тридцать четыре… направление северо-запад… Щань…

Он какое-то время продирался сквозь заваленные буреломом рощицы, напитанную водой жухлую траву по пояс.

Лупоглазые мертвяки явились с южной стороны дома, так что Прохор двигался обратно на север. Хотел пройти с полкилометра, затем снова выйти на дорогу, вернуться и прошмыгнуть мимо Михайловки. Пробиваться через Щань в Сосновое Болото или Красный Рог – дело гиблое. Один раз не удалось – нечего больше и пытаться. Если б ночью ударил морозец, можно было бы пройти напрямки по полям, но надеяться на такую удачу не приходилось – в этом году ночных заморозков еще не бывало. Нужно во что бы то ни стало в Трубчевский район.

Сквозь бурелом он выбрался наконец обратно на дорогу. Предвечерний полумрак рассеялся. Облака почти ушли. Ветер стих.

За дальним ухабом виднелись головы вставших в цепь пионеров.

– Пси-волна… двадцатый уровень… мощность тридцать четыре… направление северо-запад… Щань…– просипела «Вега».

Он остановился.

Трубчевская трасса, похоже, всё-таки отменяется. Если попробовать обойти их по полю, они могут погнаться. Люди ли это вообще? Чего от них можно ожидать? Лупоглазые твари.

– Пси-волна… двадцатый уровень… мощность тридцать четыре… направление северо-запад… Щань… – вновь прохрипел мужской голос из динамика. Настойчивее.

Чего ему нужно?

Глядя на торчащие из-за пригорка детские головы, Прохор пытался понять, что изменилось в сообщении, которое постоянно передавал приёмник. Что-то явно поменялось.