Книга 1994. Русский роман ужасов, страница 99 – Алекс Лоренц

— Ну ладно, ладно! Скинь деньги.

Мама положила деньги в пакет, огромный для половины буханки, скомкала его и бросила вниз. Егор поймал прямо в руки.

— Трехочковый! – похвалил он.

— Живей давай, – поторопила мама.

— Пацаны, я через минут пятнадцать вернусь.

Он вприпрыжку пробежал двор и оказался у школы. Со стадиона и спортплощадки доносились пьяные визги, звенели бутылки. Школа мертвыми глазницами окон смотрела на детский сад. Ни один фонарь вдоль аллеи не горел. Все они были разбиты и похожи на бракованные протезы. Единственным источником света было центральное школьное крыльцо: над дверью нарывом навис круглый фонарь.

Дверь приоткрылась, и наружу выскользнул физрук Павел Дмитриевич. Он передвигался неуверенно, воровато. Вахтерша бросила ему вслед пару слов, но Егор не разобрал. Педагог ничего не ответил старухе, сбежал по лестнице и быстрым шагом двинулся домой.

Проходя мимо Егорки, он нарочно повернул голову в другую сторону: дескать, я тебя не знаю и даже не вижу. Шестиклассник тоже был рад не здороваться с гребаным Павлином, который сегодня подставил его и друзей. Козел вонючий.

Учитель растворился во тьме дворов.

Егорка шел мимо парадного крыльца, когда дверь снова открылась, на этот раз нервным рывком.

Это была Рита Рыбникова из девятого «В». Одетая в обтягивающий спортивный костюм, за спиной на одной лямке стильный рюкзачок. Волосы забраны в конский хвост. Губки надуты, брови сдвинуты.

Она явно была чем-то недовольна. Вероятно, во время «дополнительных занятий по физкультуре» разругалась с наставником. Этот идиот даже домой ее не проводил. Темно, страшно. Хрупкая, беззащитная девушка, которой даже шестнадцати, наверное, нет. А он ее мало того что трахнул в очередной раз (говоря между нами, девочками, без презерватива), так еще и домой не соизволил проводить.

Вахтерша вякнула вслед:

— Устроили тут порнографию! Позорище!

— Пошла в жопу! – крикнула Рита, снаружи просунув голову в дверь. – Сами разберемся, что нам устраивать!

— Ах ты сучка маленькая! – разоралась вахтерша. – Я завтра директору все расскажу, чем вы тут занимаетесь! – Голос приблизился. Егорка не видел, но представил себе, как костлявая старуха в красной вязаной шапке, держа веник наизготовку, шагает к двери.

Воображение быстро нарисовало предысторию конфликта: вахтерша идет проверить, не осталось ли кого в спортзале, и вдруг слышит звуки совокупления в учительской подсобке. Или видит, как физрук и девятиклассница целуются взасос. У старушки, воспитанной в благочестивых советских традициях, наступает культурный шок. В голову лезут вопросы: как же так можно – учитель с ученицей? Куда родители смотрють? Почему директор до сих пор не принял меры? Куда катится этот мир? Как противостоять американской империалистической пропаганде разврата, захлестнувшей Россию-матушку?

— Сама ты сучка! – Рита не лезла за словом в карман. – Чтоб ты сдохла, старая тварь!

— Нет, ну какая же дрянь! – брызгала слюной вахтерша, уже на крыльце. В ее руках действительно был веник. Рита уже успела сбежать со ступенек. – Завтра в школу можешь не приходить! Я тебя сгною! Моего мужа весь город знает! Он уважаемый человек! Я тебя, шлюху, со свету сживу!

— Что же ты с таким мужем вахтершей-то работаешь? – усмехнулась Рита.