Книга Люди и звери, страница 144 – Александр Трусов

Он окинул мою фигуру и заплывшее от кровоподтеков лицо внимательным взглядом и заметил:

— Вам бы самому врач не помешал. У вас, по-моему, нога сломана.

— Я тоже так сначала думал. Скорее всего, это просто сильный ушиб. Иначе я бы ходить не смог.

Он кивнул и снова уставился в бумаги.

— Оружие есть?

— Послушайте. Первое, что сделали ваши люди, это обыскали меня. Если бы они что-нибудь у меня нашли, вам бы об этом наверняка было известно.

— Не умничайте, – равнодушно бросил он, продолжая писать. – Знаете, сколько таких умников проходит здесь в сутки? На моем месте вы бы вряд ли придумали вопросы пооригинальнее.

— Много людей погибло?

Не поднимая головы, он опять кивнул.

— Достаточно для того, чтобы почувствовать острую нехватку гробов. И рефрижераторов. Пока труп не опознают, мы не можем его хоронить. Только кто их будет опознавать, если половина населения города находится неизвестно где? И где хоронить? Большеохтинское кладбище подтоплено и размыто.

Я представил, как должны были выглядеть сейчас тысячи торчащих из воды крестов и надгробий, и внутренне содрогнулся.

У майора на мобильном заиграла мелодия, и он, продолжая писать, прижал телефон плечом к уху.

— Да? Да, все еще здесь, – он посмотрел на меня. – Нет, документов не было. Что? Приедете за ним? Ладно.

Я понял, что разговор шел обо мне.

— Это наши? Из управления?

— Из управления, – хмыкнул он, отключая телефон. – Но не ваши, а наши.

Я понятия не имел, почему неизвестный мужчина без документов, представившийся подполковником милиции Мальцевым, вдруг мог заинтересовать ФСБ. На моем месте следовало бы связаться с шефом, но по определенным причинам я не собирался ему звонить.

— Я задержан?

— Нет, почему? – он искренне удивился. – Просто подождите. За вами пришлют машину, отвезут на «Большую землю». А пока можете помыться и переодеться в сухое. На третьем и втором этаже несколько классов переоборудовали под спальные комнаты. Я попрошу, чтобы вам нашли свободное место. Есть хотите?

— Нет, спасибо, – у меня не было ни малейшего желания сидеть в бездействии и ждать, когда неизвестно кто увезет меня в неизвестном направлении. – Я могу чем-нибудь помочь?

— Думаете, без вас не справимся? – он встал из-за стола и протиснулся мимо меня к двери. – Мне кажется, что вам все-таки нужна медицинская помощь. Я договорюсь, чтобы вас осмотрели без очереди.

Майор уже взялся за дверную ручку, когда дверь распахнулась, и на пороге появился запыхавшийся белокурый спецназовец. Не обращая на майора внимания, он шагнул ко мне и взволнованно спросил:

— Вы вызывали спасателей к дому № 58 по Свердловской набережной?

— Да, – я чувствовал, даже знал, что он пришел не с добрыми вестями. – Что-то случилось?

— Боюсь, что да, – он вытер вязаной маской вспотевшее лицо. – Мы только что получили сообщение с патрульного вертолета. Ваш дом горит.

* * *

Это было странное зрелище. Посреди водной глади стоял охваченный пожаром старинный дом. Наверно именно так выглядят в океане горящие корабли. Ни малейшей надежды на спасение. Только жар пламени и холод бездны. Гибель и смерть.

Огонь охватил, наверно, уже практически все здание. Языки пламени лизали из чердачных отверстий крышу, в разных местах вырывались из оконных проемов второго, третьего или четвертого этажей. Из остальных окон валили тяжелые клубы черно-серого дыма. Отчетливо были слышны звон лопающихся стекол, треск обрушивающихся стропил и шипение падающих в воду тлеющих головешек.