Книга Люди и звери, страница 143 – Александр Трусов

Мы смотрели на него со смешанным чувством сочувствия и раздражения. Понятно, что многодневное нервное и физическое напряжение давало себя знать, но он был не один такой в этом аду. Каждый из нас имел право сорваться.

Еще через пару кварталов стало совсем мелко. Оставив лодку возле расположенного у здания поликлиники оперативного поста, мы пошли дальше пешком. Появились люди, многие из которых ходили по воде в высоких резиновых сапогах. Проехал груженый мешками с песком армейский грузовик. В этом удаленном от Невы районе уже не так остро ощущался размах постигшей город катастрофы, но лица у людей все равно были измученными и пустыми. Не сразу я понял, что никто не улыбался.

Ближайший штаб по эвакуации населения располагался на улице Большой Пороховской в здании частного лицея «Аристос». Если вода и была здесь пару дней назад, то уже практически сошла, оставив после себя огромные лужи и раскисшее в непроходимую грязь покрытие футбольного поля. У широкой каменной лестницы трехэтажного особняка дежурило несколько машин «скорой помощи», милицейских «Уазиков» и спецназовских автобусов. Перед центральным входом суетилось человек двадцать, выгружавших продукты, старые матрацы и тюки с теплой одеждой. Из подъехавшего автобуса женщины вывели двух плачущих, замотанных в теплые платки и одеяла девочек лет шести. Когда они проходили мимо, я обратил внимание на то, как дрожат от холода и нервного потрясения их маленькие тела.

Мы зашли в школу, прошли по длинному коридору мимо открытых классов, в которых десятки измученных людей терпеливо ждали, когда можно будет вернуться домой, и поднялись по лестнице на третий этаж. В узкой подсобке, в которую втиснули школьную парту, нас встретил пожилой майор в полевой форме, с усталым видом ворошивший лежавшие на столе стопки каких-то списков. Он вопросительно взглянул на нас, и белокурый спецтрансовец, кивнув на меня, пояснил:

— Задержали в универмаге «Юбилей». Документов нет. При задержании представился подполковником милиции.

О том, что на мне была украденная в универмаге одежда, он ничего не сказал.

— Садитесь, – майор ткнул тлеющей сигаретой в стоявший напротив стул и кивком головы выпроводил спецназовцев. – Правда подполковник?

— Правда.

— Должность?

— Начальник первого отдела главного управления внутренних дел по городу и области.

— Неплохо, – он что-то записал на отдельном листе. – Фамилия, имя, отчество?

— Это допрос?

— Нет, что вы, – он поднял на меня тусклые глаза. – Светская беседа. Итак?

— Мальцев Александр Викторович.

— Паспортные данные помните?

Я продиктовал номер, серию и дату выдачи паспорта, после чего сообщил прописку и адрес местожительства. Майор достал мобильный, набрал номер и повторил кому-то все мои данные. Казалось, что все это он проделывает машинально, не испытывая никаких чувств ни по отношению ко мне, ни к исполнению своих служебных обязанностей. Выглядел он очень устало. Я осмотрелся по сторонам и заметил на подоконнике надкушенный бутерброд и чашку с остывшим кофе.

— Где ваше служебное удостоверение?

— Осталось в квартире. Не хотел, чтобы оно испортилось. Для того чтобы добраться к вам, мне пришлось проплыть не меньше сотни метров. Сейчас туда должны направить спасательную группу с врачом. Можете связаться с ними и распорядиться забрать мои документы.