Книга Старый дом на краю счастья, страница 20 – Ирена Квасневская

На следующий день мы взяли эвакуатор в аренду и поехали вызволять машину. Только когда доехали, выяснили, что забыли ключи от нее. Попытались затащить ее на эвакуатор без ключа (это возможно – колеса были разблокированы), но оказалось, что у него не работает лебедка.

Мы дергали, нажимали, тянули… звонили владельцу, который вовсю отмечал, толку от него было немного… Ничего не вышло. Мы поссорились – никак не могли решить, кто виноват в случившемся… и поехали обратно.

Утром оказалось, что лебедка работала… Просто от холода что-то заклинило, нужно было прогреть и разблокировать. Мы снова взяли этот же эвакуатор и наконец забрали машину. Привезли, отремонтировали. Вышла эта поездочка как хороший отдых на дорогом курорте, и точно дешевле было бы прилететь прямым рейсом.

Это сильно подпортило праздничный настрой. Мы все время цеплялись друг к другу, ссорились по мелочам и вспоминали прошлые обиды. Обратно он улетел сразу после Нового года.

А я понимала… что, несмотря на ссоры, во мне по-прежнему много живого чувства. Что осталось всего полгода до того срока, который мы себе отвели. Что, кажется, я буду его ждать.

Ты пишешь мне: «Холод и черные стволы, кривые в морозном небе». И это прекрасно. Это настолько… текстуально, что у меня замирает сердце.

Странно, но самые трепетные, самые чувственные и эротические мои воспоминания совсем не про секс.

Они про тексты.

Про слова, расставленные в нужном порядке.

И я помню только их – слова.

Помню твой голос – теплый, низкий, хриплый от желания. Ты шептал: «люблю…» Прилетел ко мне в другую страну, целый день прождал ради того, чтобы пятнадцать минут поболтать. Выпить кофе и снова улететь.

Тогда это было важным…

А потом мы два месяца слонялись, запертые в одном городе, и были мучительные телефонные разговоры, и изнуряющие откровения… но мы так и не нашли времени встретиться…

Но тогда я еще ждала тебя.

Мне было бесконечно больно от твоего предательства. Я искала оправдания. Я простила тебя – простила все: боль от измен, физическую боль, унижения.

Я готова была выдумать за тебя мотивы, лишь бы оправдать, лишь бы ты остался, лишь бы вернуть все, как было. Прикладывала к душевным ранкам подорожники и надеялась починить при помощи скотча и пластыря все то, что было безнадежно разломано.

Я пыталась тебя забыть.

Зарегистрировалась на сайте знакомств и ходила на свидания, пыталась отвлечься, обращалась к психологам. Да что там, я даже к гадалкам и шаманам была готова идти! Если бы мне в тот момент сказали, что проверенное средство – съесть какашку австралийского змеееда, я бы сказала: «Ну надо так надо», – и поехала бы в Австралию.

Рана была слишком свежая и болезненная, а память услужливо подсовывала только хорошие воспоминания.

— Скажи, что ты чувствуешь? – спрашивает психолог.

— Я скучаю по нему…

— Какой ты чувствуешь себя рядом с ним?

Закрываю глаза.

Вот мы играем с детьми в жмурки. Хохочем. Я с завязанными глазами пытаюсь поймать хоть кого-то, а вы приладили на швабру халат, и я ловлю его с торжествующим криком, все смеются… веселье, визги… мы семья…

Вот катаемся на кораблике по Неве. Холодно, ты заботливо укутываешь меня пледом. «Это все ваши?» – интересуется кто-то из попутчиков, и мы с гордостью отвечаем: «Да!»