Книга Преданная, страница 156 – Мария Акулова

— Меня пытаются принудить к нужным решениям. Это правда. Но я не первый год в сфере. Понимаю, с чем могу справиться, а с чем нет. Единственное, с чем справиться я не мог — это ты. Ты меня сильно отвлекала, Юля. Я тратил на разгадывание тебя больше ресурса, чем мог себе позволить. Но я реально не понимал, что происходит. Я дал тебе дохуя информации, она должна была начать всплывать. Хотя бы часть. Хотя бы где-то. У меня не складывалось: вы либо слишком тупые и не способны ее применить. Либо слишком умные и разгадали меня. Либо…

— Либо я не сливаю. — Юля говорит тихо. Смотрит на меня спокойно. И я не знаю, что в ней сейчас происходит, а во мне плотину рвет.

Сука, как же легче. Как же, блять, легче.

Улыбаюсь. Киваю. Разворачиваюсь всем телом и делаю шаг к кровати. Точнее к ней.

— Да. Либо ты не сливаешь.

Подхожу вплотную. Вижу, как она зажимается. Но не думаю, что это злость. Возможно, обида. Скорее, неловкость.

Если позволит — искуплю. Но не трогать ее, зная, что под одеялом голая, становится слишком сложно.

Тяну одеяло в сторону. Нависаю сверху. Дергаю свою футболку прочь, опуская взгляд и разглядывая её. Тонкая. Нежная. Желанная.

Ее пальчики тут же пробегаются по моей груди. Подаюсь лицом к ее губам и слышу:

— Ты кофе пахнешь.

Отвечаю:

— А ты сексом.

Раньше, чтобы сбрасывать напряжение, я использовал Спорттовары, теперь Юля — это уже не напряжение, а мой ресурс.

Целую ее, дергая за бедра ниже, укладывая под себя. Она в ответ тоже обнимает — руками и ногами.

Целуемся, гладим друг друга.

Я осознаю, что мне пиздец. Плывем.

Хочу всю ее попробовать. Из триггера преданность становится кинком. Мне в ней все нравится. Но особенно — новые смыслы.

Моя преданная Юля.

Прижимаюсь губами к ее подбородку, выцеловываю открытую для меня шею.

Пах болезненно пульсирует. Ее жадные ласки и искренние реакции — как мнет, царапает, рвано дышит, заводят сильнее.

Что дальше будет — мы вдвоем знаем. Новые ласки и секс.

Это неизбежно и обоюдно желанно.

Но прежде я отрываюсь от шеи, нависаю и смотрю в глаза.

— Ты должна знать, что можешь выйти из игры, Юля. — Я знаю, что это те слова, получить которые она уже разуверилась. Вижу, что волнуется. Дыхание частит. — Тебе никто и ничего не сделает. Ни Смолин, ни другие люди. Ты можешь выйти без потерь. А можешь остаться и мы доиграем.

— Доиграем? — Юля переспрашивает, я тянусь к кончику ее носа и веду по нему своим. Снова отрываюсь.

— Вдвоем, Юля. Это будет иначе. Весело.

Знаю, что для нее мое «весело» звучит неоднозначно. Но весь скепсис — это короткий вздох. А меня выносит, как хочу ее. Как всё нравится.

— Что бы ты не решила — я гарантирую тебе безопасность. С тобой ничего не случится.

— А с тобой?

— Что со мной?

— А себе ты гарантируешь безопасность?

Ее забота ползет нежными пальчиками по моим вискам. Зарывается в волосы. Смотрит прозрачными глазами в мои — полные вряд ли чего-то очевидно хорошего. Но ей, блять, нравится. И мне всё нравится.

Забота вжимается бедрами в мои бока и ждет мой член в себе.

Я отвечаю своей заботе улыбкой.

Подаюсь вперед и шепотом в губы признаюсь:

— А я втрескался в студентку, Юля. Мне уже и так пиздец.

Юля

Слава заказал для нас завтрак в каком-то до чертиков пафосном ресторане. Круглый стол в его просторной гостиной уставлен слишком большим для двоих количеством блюд.