Книга Псих. Расплата, страница 64 – Павел Барчук, Павел Ларин

Я с них не вставал полчаса, не меньше. Пытался прийти в себя. Потом кое-как поднялся, доковылял до лифта и поехал к себе на двадцать пятый этаж. Естественно, всю дорогу матерился, и даже не мысленно.

Зато остаток дня прошёл совершенно бездарно. По-другому не скажешь.

Первым делом залез в душ и минут двадцать просто стоял под горячей водой, пока мышцы хоть немного не отпустило. Костяшки саднили, скула гудела, всё, что можно было отбить, — отбил. Мозгоед успокаивал, что регенерация своё возьмёт, просто с непривычки телу нужно чуть больше времени — синяки не пуля, но и не пустяк. Мол, посплю ночку, утром встану как новенький.

В итоге я попросил его заткнуться и не трогать меня несколько часов. Как ни странно, телепат послушался. Наверное, понял, что моё терпение реально на пределе.

Потом явилась горничная с обедом. Та же, что приходила в первый день. На этот раз девчонка краснела чуть меньше, но заигрывала гораздо откровеннее. Пришлось даже немного нагрубить. А то она одни только тарелки расставляла минут десять. Не знаю, как не пороняла всё на пол. Сложно адекватно выполнять свою работу, когда то и дело косишь из-под опущенных ресниц и постоянно выставляешь грудь.

Как только горничная вышла, накинулся на еду. Смолотил вообще всё. Даже мелькнула мысль, не попросить ли добавки. В итоге не стал. После еды навалилась ещё большая тяжесть, мне лень было даже поднять руку и нажать кнопку вызова прислуги.

Оставшееся до сна время провёл в полнейшем безделье.

Побродил по апартаментам. Более внимательно изучил гостиную, кухонную зону, содержимое холодильника — забитого под завязку, кстати. Полистал каналы на здоровенном телевизоре. Как и следовало ожидать, почти на всех крутили что-то про Девятку. На одном как раз показывали прошедшую церемонию в записи.

Минуты две любовался собственной физиономией на весь экран, потом выключил. Чуть не стошнило. Видок у меня был какой-то ублюдский.

Подошёл к окну во всю стену, постоял, разглядывая город внизу. Отсюда, с высоты, он казался ненастоящим — макет, а не место, где живут люди. Серые коробки домов, ниточки дорог, редкие пятна зелени. Где-то там, в промзоне, прятался гараж Зубова. Где-то там сидел Гнус со спичкой в зубах и Люк со своей странной книжкой. Я вдруг понял, что мне их не хватает. Реально.

К вечеру окончательно навалилась тупая усталость. Только уже не та, что была после тренировки. Эта казалась другой и больше напоминала бестолковую маяту от безделья.

Можно, конечно, было бы выйти из апартаментов, пошляться по Башне, найти кого-то из Девятки. Но зачем? Делать вид, как я счастлив находиться в Авангарде, — да ну его на хрен. Только не сейчас. А в остальном — мне даже поговорить с ними не о чем. Это не считая того, что они все мне далеко не друзья и даже не приятели.

Потом произошла ещё более странная штука. Я вдруг понял, что мне не хватает не только Гнуса и Люка, но даже общество Зубова было бы сейчас кстати. С ним хотя бы можно прикольно лаяться.

Как только подумал о цербере, вспомнил про чип, который он мне дал.

«Как думаешь, реально не будет следить за мной через эту штуку?» — спросил Мозгоеда.

«Не поверишь, но я в этом даже уверен,— ответил телепат. — Зубов, конечно, конченый, это факт. Но при этом, если он сказал, что чип работает только когда ты нажмёшь, мужику можно верить. Думаю, ему вообще можно верить».