Книга Псих. Расплата, страница 37 – Павел Барчук, Павел Ларин

— Потому что ты слишком грубый, — хмыкнула Штиль. — Мне вот нравится общаться с простецами.

— Ну да, ну да… — тихо прокомментировала Мираж. — Мы все в курсе, как ты с ними «общаешься».

Последнее слово Графиня выделила особенно. Намёк был прямее некуда. Так понимаю, Штиль практикует свои соблазнительные навыки не только на Апогее.

Я с любопытством покосился в сторону Воронцова. Интересно, он как-то отреагирует? Речь идёт о шлюшеской натуре его женщины, между прочим.

Апогей всё так же радовался, и ему, судя по всему, было плевать. Какие высокие, однако, отношения.

«Он не расценивает простецов как конкурентов, Псих, — пояснил Мозгоед. — Для него это домашние зверюшки, с которыми Штиль периодически играется».

— Погодите, — Пульс оживился. — А ведь мы теперь не Девятка.

Все резко замолчали. Это выглядело странновато. Только что гоготали, переговаривались — и вдруг тишина. Биполярочка в чистом виде.

— В смысле? — не понял Горнило.

— В прямом. Нас теперь десять. — Соломин обвёл собравшихся рукой, будто собирался пересчитать по головам. — Девятка Авангарда, а нас десять рыл. Как это будет называться?

— Десятка, — предположил Бастион.

— Что за бред… — поморщилась Штиль. — «Десятка Авангарда». Будто сраная карта из колоды. Не плетите ерунды. Девятка — это бренд. Плакаты, реклама, книжки, всевозможный мерч. Никто ничего менять не будет. Совсем умом тронулись? Десятка… Пипец.

Брюнетка фыркнула и покосилась в мою сторону недовольным взглядом. Будто это я предложил переименоваться.

— Тогда телепат вроде как лишний? — снова загоготал Горнило.

Честно говоря, до близкого знакомства он казался мне вполне адекватным. В том смысле, что бесил меньше, чем тот же Апогей. Всего пару часов в компании татуированного бородача — и я осознал своё заблуждение.

— Телепат вроде как бесплатное приложение к взрослым дядям и тётям. — Штиль улыбнулась мне так, что я на всякий случай отступил на полшага. — Милый бонус.

— Не, ну реально смешно выйдет, — подключился Бастион. — Представь, выходим мы на сцену вдесятером, а ведущий объявляет: «Девятка Авангарда!» И один лишний стоит.

— Мы ему дадим табличку «Я тоже тут».

— Не! Будет ошиваться за кулисами!

— Пусть его Мираж прячет! Под юбку!

Ржали уже все. Даже Панацея. Особенно старался Вектор. При этом его взгляд оставался внимательным, фиксирующим. Наверное, запоминает, что рассказать Совету в очередном доносе.

Я натянуто улыбнулся. Типа оценил шутку. Полчаса назад эти кретины не смели опустить задницы в кресла без разрешения Совета. А сейчас — радуются какой-то фигне. Ведут себя так, будто уже свободны. Старейших нет, значит, и поводка нет. До завтра.

— Слушайте, — сказал я. — А откуда тогда десятое кресло?

Тут же наступила тишина.

— Чего? — переспросил Бастион.

— Кресло. — Я показал в сторону места, на котором провёл последний час. — Если Девятка — это бренд и вас всегда девять, то почему за столом с самого начала стоит десять кресел? Десятое не докупали, оно такое же, как остальные. Значит, был один заказ, одна партия.

Горнило фыркнул и уставился на кресла. Потом на Бастиона, будто молча спрашивал: что ответить? Бастион пожал плечами и посмотрел на Штиль. Та моментально глянула на Апогея.

Красиво пошло. Как костяшки домино.

— А чёрт его знает, — сказал наконец Бастион и почесал затылок. — Слушай, вот реально. Просто стоит и стоит. Может, запасное? Мало ли, вдруг какое из наших сломается.