Книга Искатель, 2012 №3, страница 115 – Анатолий Галкин, Татьяна Косова

— Виктор, — бросил охранник на ходу.

— Посидите в машине, Виктор, — попросила Лизка. — Мы... сами туда пойдем.

— Конечно.

Замок был закрыт всего на один оборот и поддался с первого раза. Улька знала, что мы непременно приедем забрать Черепа.

В доме все было точно так же, как помнилось нам с последнего посещения. На столе, где мы так недавно вместе ели пиццу, стояла небольшая коробка из какого-то прозрачного материала, видимо оргстекла. Наверное, Улька позаимствовала ее на какой-нибудь из наших выставок. В коробке во множестве лежали капустные листья, некоторые из них носили на себе явные следы зубов. Мы сразу увидели Черепа: он сидел сбоку и меланхолично смотрел сквозь стекло.

— Привет, Череп, — сказала я.

Лизка заплакала.

— Может быть, возьмем и его? — спросила она, вытирая глаза и указывая на Фрола Фомича. — Как-то жутко оставлять...

— Это же не наше имущество. Может, есть какие-то законы...

— А чье это имущество?

— У Ульяны мать есть, наверное, она будет наследница...

— Так это еще когда, — протянула Лизка. — Она же... не умерла.

— Все равно что умерла, — решительно ответила я. — Возьмем Черепа вместе с этой коробкой?

— Давай, а то как же его везти? Я позову Виктора?

— Сами донесем, ерунда. Пошли отсюда скорее.

Я попробовала взять коробку под мышку, но она была не то чтобы тяжелая, а неудобная. Лизка подхватила ее с другой стороны, и мы, спотыкаясь, побрели к выходу. Вытащив коробку на улицу, мы поставили ее на небольшую кованую скамейку, и я пошла обратно в дом, чтобы забрать обе наши сумочки. В гостиной я немного помедлила и открыла шкафчик. Наверное, можно взять отсюда хотя бы то волшебное израильское снотворное, Лизке оно может пригодиться, да и мне, по правде говоря, не помешает.

Но пузырька в шкафчике не было. Выйдя опять на улицу, я тщательно заперла замок. Все-таки Улька сама оставила нам ключи, так что, наверное, мы можем приехать потом еще разок, без грозного ока Лялича и охраны, и посмотреть, что она взяла с собой и не надо ли еще что-нибудь сделать. Сейчас я не могу этим заниматься. Сейчас мне пока уж очень плохо и тяжело.

Лизка взяла Черепа на руки и поглаживала его по красивому узорчатому панцирю.

— Его в коробке очень трясти будет, — пояснила она и вдруг заорала как резаная: — А-а-а-а! Что это? Мышь!

Из машины выскочил пулей Виктор. Лизка визжала и показывала на стеклянную коробку. Я тоже взглянула и шарахнулась в сторону: капустные листья в углу шевелились.

— Мама! — всхлипнула Лизка и замолчала, словно ее выключили.

Капустный лист отвалился в сторону и из-под него показался... Череп. Он нервно направился через коробку, очевидно, недовольный такими переменами в своей судьбе.

— Господи! — я смотрела то на черепашку в руке Лизаветы, то на ту, что пересекала пространство по дну коробки.

— Их две! — восхитился Виктор.

— Да нет же, тут только Череп должен быть! — воскликнула Лизка.

Я молчала. Это еще что за новости? Уля купила вторую черепаху? Вроде бы не собиралась. И Черепа-то приобрела только после наших настойчивых приставаний. Пару, что ли, ему решила приобрести?

— Что делать? — спросила Лизка растерянно.

— Как это — что? Возьмем и эту. Не бросать же ее.

— Ты думаешь, она девочка? — обалдело поинтересовалась Лизка. — Которая... который из них Череп?