Книга Зловещая мелодия, страница 171 – Эрик Фуасье

Валантен, которого застали врасплох, снова почувствовал затылком холодок стали. Он медленно повернулся и не сумел сдержаться – охнул от растерянности, узнав того, кто теперь направил дуло пистолета ему в лицо. В первые секунды молодой человек не поверил своим глазам:

— Вы? Здесь? Как это понимать?..

— Что же это вы, коллега, не рады встрече? – язвительно поинтересовался Алкид Берне. – Вы ведь не забыли, я надеюсь, что мне поручили прикрывать вашу спину. При этом, боюсь, вам не упомянули о том, что опасность может нагрянуть с любой стороны, а потому надо опасаться всех без исключения. В том числе вашего ангела-хранителя.

Сейчас больше, чем когда-либо, агент тайной полиции в своих извечных черных одеждах, с асимметрично изуродованным лицом и жуткой плотоядной улыбкой был похож на гробовщика. Валантен заметил, что рука, которой Берне сжимал рукоятку пистолета, покрыта царапинами, и мимолетно подумал о таинственной смерти аббата де ла Нёя и о крови, запекшейся под ногтями трупа.

Впрочем, не эта мысль и не пистолет, направленный на него тем, кого он до сих пор считал своим единственным верным союзником на вандейской земле, повергли Валантена в полнейшее замешательство. Куда большее потрясение он испытал, узнав в лицо того, кто стоял рядом с Берне, уперев ствол в висок Эмили де Миранд. На то, чтобы понять, что глаза его не обманывают, Валантену понадобилось несколько лишних секунд, ибо присутствие этого человека здесь, в Вандее, в столь роковой момент, было воистину невероятным, необъяснимым и совершенно сбивающим с толку.

В первый раз Валантен видел его не в бокаже, а в роскошном парижском кабинете. Тогда он был не в охотничьей куртке, а в старомодном рединготе с орденом Почетного легиона. И тогда в его облике не было ни намека на жестокость или воинственность – он горбился, вид имел чахлый, бледный и казался самым заурядным, безобидным чиновником.

— Мои поздравления, инспектор Верн! – насмешливо воскликнул Ком де Шанси, если, конечно, это было его настоящее имя, в чем у Валантена теперь были веские основания сомневаться. – Да-да, искренне поздравляю вас с успешным выполнением порученной миссии. Вы не только нашли убийц наших товарищей, но и разоблачили гнусного предателя, который вырядился в одежды священника, чтобы проникнуть в наши ряды и обмануть доверие.

Молодой инспектор, осознав, как его одурачили, застыл, словно громом пораженный. Несмотря на нервное напряжение, накопившееся за последние дни, и потрясение, которое вызвал у него расстрел лорда Блэкберна, его мозг заработал с удвоенной скоростью. Нужно было отделить правду от лжи и собрать в голове кусочки истины в единую картину, которая до сих пор у него никак не складывалась. Факты и события, увиденные в новом свете, под новым углом, в отрыве от всего, что он думал об этом раньше, неожиданно выстроились в совершенно иной комбинации и стали компонентами абсолютно другой истории. Внезапный вызов в министерство в воскресный вечер, указание прийти туда через потайную калитку, пустые кабинеты в особняке Ротлен-Шароле, спешный отъезд в Вандею на ночь глядя, помешавший ему обсудить с кем-либо свою миссию, само требование соблюдать строжайшую секретность, надзиратель, приставленный к нему под видом ангела-хранителя… Да, все эти фрагменты картины вдруг обрели смысл. Им манипулировали с дьявольской ловкостью, его обманывали так, что он ни на секунду не заподозрил подвоха. И все это было проделано для того, чтобы он сослужил службу противникам режима – врагам, заставившим его вслепую сыграть против своих. От этой последней мысли у Валантена закружилась голова и в горле встал ком.