Книга Дух Офуми, страница 75 – Окамото Кидо

— А, это вы… На цветы пришли полюбоваться?

— Да нет, ничего особенного… Погода выдалась славная, вот я и вышел просто так, подышать воздухом.

— Вот оно как. А я, знаете ли, наведался в Хасиба, в храм… Надо хоть раз в месяц показываться старухе, а не то ей под землей, чего доброго, станет одиноко. Мы с ней, между прочим, при жизни душа в душу ладили. Ха-ха-ха! Кстати, вы уже обедали?

— Да, успел.

— Тогда как вам такое предложение? Коль дел у вас нет, давайте-ка неспешно пройдемся в сторону Муко-дзимы… Я как раз подумывал размять ноги после трапезы.

— С великим удовольствием. Составлю вам компанию.

Хитроватый на вид молодой человек, мимоходом пожалев, что не захватил записную книжку, тотчас последовал за стариком. Под ту же музыку декорация сменяется – и вот уже перед нами дамба Муко-дзимы. Вдали колышется Сумидагава; у воды замерли деревья, на которых после цветения сакуры осталась лишь густая зелень. Где-то вперемешку слышится рокот волн и обрывки модной песенки; действие замирает – и вот те же двое появляются слева. Они с должным удивлением замечают, что цветы уже успели облететь, но тут же соглашаются, что зато теперь здесь не так тесно, и неторопливо направляются вглубь сцены…

Если бы на этом месте чтение роли прервалось, всякий без труда догадался бы, кто эти двое. Старик – это, разумеется, Хансити, а молодой человек – я. На ходу, отвечая на мои расспросы, он поверял мне всевозможные старинные предания, связанные с Асакусой. Речь зашла и о святом Сётэн-сама, и о Содэсури-Инарии. От одного воспоминания к другому разговор разрастался, точно цветущее дерево, и в конце концов старик, что называется, позволил вывести себя на нужную мне стезю.

— Да, чего уж там, в прежние времена случалось множество удивительных вещей. Вот вы помянули об этом Содэсури-Инарии… Что ж, давайте я расскажу, пока мы идем. Случилось это семнадцатого дня первого месяца пятого года Ансэй.

На массивной крыше усадьбы хатамото по имени Куронума Магобати, что стояла в Тамати, подле Содэсури-Инарии, обнаружили бездыханное тело девочки лет трех-четырех. Поскольку лежало оно высоко, в самой усадьбе беду приметили не сразу; куда раньше всполошились в соседнем доме, и лишь тогда у Куронумы поднялся переполох. Миновал уже «пятый час», по-нынешнему – восемь утра. Асигару и чуугэн приставили длинную лестницу и, поднявшись на крышу, где на утреннем инее еще белела изморозь, убедились: перед ними и впрямь маленькая девочка. Одежда на ней была добротная, лицо – миловидное. Её поспешно спустили вниз и осмотрели, но при ней не нашли ни кошелька, ни именной дощечки, какие обычно вешали детям на случай пропажи. Никакой зацепки, чтобы понять, чья она и откуда, не имелось. Люди лишь в немом недоумении переглядывались друг с другом.

Но больше всего их мучил не вопрос родства, а иная загадка: как дитя вообще очутилось на такой высоте? Дом Куронумы принадлежал важному вассалу с доходом в тысячу двести коку. В усадьбе обитало больше двадцати душ: управляющие, самураи, слуги и служанки всех чинов. Однако никто не мог припомнить, чтобы видел эту девочку прежде. Среди детей тех, кто постоянно наведывался в дом по делам, тоже не нашлось пропавших. Выходило, что неведомое дитя буквально свалилось с небес.