Книга Дух Офуми, страница 101 – Окамото Кидо

— Негоже было спускать такое с рук, – продолжал лодочник. – Я тотчас развернулся и пошел за нею тенью. И довел до самого крыльца. Она вошла в ладный домик с живой изгородью, что стоит подле черепичной мастерской. Я потом окольными путями у соседей всё разузнал: зовут её Отова, и будто бы она живет на содержании у какого-то почтенного приказчика из Киботи. Домик с виду ухоженный, чистый.

— Хорошо сработано. Спасибо, что сразу пришел.

Оставив Сэйдзи, Хансити остановился и погрузился в мысли. Значит, люди с той лодки и странный морской бродяга всё-таки были связаны незримой нитью. Женщина в тот памятный день говорила с ним посреди шквала – это уже не просто смутное подозрение. Коль так, через неё можно выйти и на него самого. Не откладывая дело в долгий ящик, Хансити решил немедленно отправиться в Комэ.

Он переправился через реку и зашагал в сторону указанного квартала. Пейзаж тех мест в ту пору мало чем отличался от картин, что описывал в своих романах Тамэнага Сюнсуй: редкие дома, скрытые за густыми изгородями, тихие пруды, заросшие берега и раскисшие глинистые тропинки. Когда он добрался до нужного места, у соседней черепичной мастерской как раз привычно громыхали тяжелыми глиняными формами. Между строениями виднелось старое, почерневшее от времени колодезное срубье, а подле него пышно цвела большая гортензия.

Хансити для вида заглянул в колодец, а после, улучив момент, осторожно посмотрел через зелень изгороди на дом Отовы. Жилище и впрямь оказалось небогатым, но на редкость аккуратным и опрятным. В саду тоже густо, тяжелыми шапками цвела гортензия. В этот самый миг из недр дома донесся недовольный женский голос:

— Ну что за напасть! Опять кости прямо в сад выкинули… Эй, Тиё, поди-ка немедля выбрось это на помойку.

Минуту спустя на садовую дорожку вышла молоденькая служанка с метелкой и совком и принялась поспешно сгребать рыбьи остовы. Хансити пригнулся и подкрался поближе, насколько позволяла изгородь. Он увидел, что это были кости от сырой рыбы, причем обглоданы они были с какой-то нечеловеческой, пугающей аккуратностью. Когда девочка скрылась в доме, сыщик заглянул в помойную яму и убедился, что там и прежде уже скопилось немало подобных остовов. Это открытие его не на шутку насторожило.

Он вернулся к колодцу. В это время из черепичной мастерской вышла хозяйка с большой охапкой белья. Хансити заговорил с нею, прикинувшись прохожим, уточняющим дорогу, а затем ловко перевел беседу на соседей и выспросил, в какой лавке они обычно покупают провизию. Женщина, ничего не заподозрив, ответила охотно: закупаются они у Рыботоры, что всего в полуквартале отсюда, там же берут и готовые блюда.

В самой рыбной лавке Хансити удалось разузнать еще больше подробностей. В доме Отовы жили лишь она сама да верная служанка Тиё. Все знали, что содержит её приказчик из Киба, и жила она, по меркам квартала, довольно вольно. Когда наведывался её покровитель, они всегда заказывали из лавки по три-четыре изысканных блюда разом. Но вот что странно: с самого конца марта из этого дома стали брать особенно много именно сырой, неразделанной рыбы. При этом ни собак, ни кошек, как утверждали лавочники, у них отродясь не держали.

После этого разговора в голове у Хансити почти окончательно сложилась ясная и пугающая картина происходящего.