Книга Ветер и Правда. Том 2, страница 248 – Брендон Сандерсон

Фэн изучала контракт с печатью и подписью Ясны, по условиям которого убийце поручалось следить за Эсудан. Были там и пункты на случай необходимости устранить королеву.

Шквал! Ясна же сожгла этот контракт. Неужели псевдобожественные силы позволяют Таравангиану видеть прошлое и воспроизводить артефакты подобного рода?

— Зачем бы тебе приставлять убийц следить за собственной родней? – спросил Таравангиан, указывая на нее одной рукой, а другую оставив на навершии трости.

— Эсудан была непредсказуема, – пояснила Ясна, обернувшись к нему, но оставшись рядом с Фэн. – И жадна до власти. Я опасалась, что она может своими действиями привести к нестабильности в королевстве.

— А-а, – отозвался Таравангиан. – Но разве ты не обличала меня за стремление заполучить трон Йа-Кеведа? Не утверждала ли, что «очевидно, существовали пути лучше, чем убийство»? Уж не лицемеришь ли ты, Ясна?

Преисподняя!

Он хорош.

Он завел ее прямиком в западню, позволил думать, что она неплохо справляется, а потом обрушил на голову разоблачение, точно боевой молот. Неужели так и выглядит спор с существом, способным прозревать будущее?

— Пошла ли ты к Эсудан в попытке заставить ее изменить свой подход? – спросил Таравангиан. – Или, может, поговорила с братом, который ее любил? Нет. Ты этого не делала, я знаю. Почему же?

— Несмотря на существование контракта, Фэн, я никогда не предпринимала действий против Эсудан, – сказала Ясна, лихорадочно ища способ сохранить контроль над ситуацией. – У меня была такая возможность, но я ограничилась наблюдением за ней для надежности.

— Ты была готова убить члена своей семьи, – заметил Таравангиан. – Тайно. Ты знала тогда, как знаешь и сейчас, что боль и страдания порой необходимы. Ты говоришь о свободе и воле, но сама строишь замыслы и плетешь интриги, чтобы навязать миру свое ви́дение. Потому что ты осознала, что задача монарха – защищать свой народ. Любыми средствами.

Ясна оглянулась на него и встретилась с ним глазами. Не может же он знать…

— Доводилось ли тебе когда-нибудь, – спросил Таравангиан, – рассматривать возможность убийства Фэн?

Преисподняя!

Фэн уставилась на Ясну с явным беспокойством, держа в руках контракт. Ложь сейчас только усугубит положение. С Вражды станется восстановить и эти документальные свидетельства.

— Я наводила справки обо всех монархах, с которыми мы взаимодействовали, – призналась она. – И оценивала вероятность, с которой они могут представлять угрозу моему народу.

— Так, Ясна, вам когда-нибудь доводилось «рассматривать возможность моего убийства»? – спросила Фэн.

— Я… я известна склонностью порой переусердствовать с приготовлениями. Мне нужно понимать, какие варианты мне доступны.

И снова Таравангиан улыбнулся.

«Аккуратнее подбирай слова, – с раздражением подумала Ясна. – Не поддавайся на его провокации, не отвечай поспешно».

— Варианты? – переспросила Фэн. – Убить меня было одним из вариантов?

— Это было до того, как я вас узнала, – произнесла Ясна медленнее, тщательнее выбирая выражения. – Прошу меня понять. Я рассматривала гипотетическую ситуацию. Наверняка и вы, будучи королевой…

Шквал побери! Вражда хочет, чтобы она признала, что монарх должен защищать свой народ, из чего неизбежно последует вывод о том, что для Тайлены будет лучше примкнуть к его коалиции.