Книга Турнир Родов, страница 5 – Дм Норт

— Именно. Никаких расходов.

Игорь собирал книги. Олег — оружие. Для младшего поездка всё ещё оставалась путешествием. Турнир принадлежал брату. Ему самому предстояло помогать, знакомиться с Москвой, выполнять поручения дяди Ильи и смотреть бои со стороны. Нуня заглянул в чемодан.

— Зачем три книги?

— Читать.

— В Москве книг нет?

Игорь положил сверху четвёртую.

— Теперь точно хватит.

Фёдор вошёл без стука. Осмотрел форму, вещи, оружие, потом задержал взгляд на Нуне.

— В Москве вы представляете Великий Род. Никто не должен увидеть, насколько плохи наши дела.

Игорь посмотрел на старый мундир.

— Думаешь, не догадаются?

— Пусть догадываются. Не подтверждай.

— А если спросят прямо?

— Ври убедительно.

Нуня одобрительно кивнул.

— Начинаю уважать семейные традиции.

Когда Фёдор вышел, Игорь спросил:

— Какие именно?

— Быть бедными так уверенно, чтобы богатые начали сомневаться в собственных деньгах.

Игорь рассмеялся. На следующий день они уезжали в Москву. Пока он ещё думал, что вернётся оттуда тем же человеком.

* * *

Фёдор не спал. Дом затих больше часа назад, даже бесы в насосах работали медленнее: ночью нагрузка падала, и управляющий экономил корм. В стене время от времени щёлкала старая труба. На письменном столе лежал список вещей, которые завтра должны были увезти сыновья. Двадцать пять лет назад Фёдор тоже собирался в Москву. Ему было двадцать восемь. Участником Турнира был старший брат. Фёдор ехал рядом примерно в той же роли, в которой теперь отправлялся Игорь: помочь, посмотреть, быть рядом. От той поездки память почему-то сохранила не главное, а обрывки. Новый мундир брата. Белый от утренней росы песок арены. Огромные доски со ставками. Крик толпы, который в какой-то момент стал тише, хотя на самом деле люди кричали всё так же. И пустое место напротив в поезде обратно. Двадцать пять лет назад его собственный отец в последнюю ночь почти не разговаривал. Фёдор тогда считал это холодностью. Теперь понимал: иногда человеку просто нечего сказать, если любой разговор заканчивается одной и той же мыслью. Теперь перед ним лежал список вещей Олега и Игоря: два плаща, два комплекта формы, два меча, корм для Болта и Нуни. Два сына.

Фёдор открыл нижний ящик стола. Там лежали две серебряные монеты. Одну он взял сразу. Над второй несколько секунд держал руку. Потом достал и её.

* * *

Письмо Илье Фёдор написал утром. Три страницы мелким почерком, сложенные в плотный конверт и запечатанные личной печатью. Игорь увидел только имя дяди на лицевой стороне.

— Что там?

— Письмо.

— Спасибо. Теперь всё ясно.

— Если бы хотел, чтобы ты читал, не запечатывал бы.

— Тоже разумно.

Игорь убрал конверт во внутренний карман мундира. Олег уже ждал у двери, Болт сидел рядом. Нуня пытался выяснить у слуги, нельзя ли отправить его в Москву отдельно от хозяина и встретиться уже на месте.

— Я самостоятельное разумное существо.

— Ты вчера застрял головой в ведре, — напомнил Игорь.

— Это было исследование.

Фёдор положил на стол две серебряные монеты. Старые рубли, тёмные по краям, с почти стёртым рисунком.

— Семейная традиция.

Олег сразу взял свою. Игорь посмотрел на вторую.

— Я не участвую в Турнире.

— Не про участников.

— А про кого?

— Про Остроумовых, которые едут на Турнир.

Фёдор протянул монету ему.