Книга Разбитое сердце узурпатора. Часть 2, страница 65 – Ива Лебедева, Екатерина Скибинских

— Идиот… Проклятый глупый варвар… — шептала я, стирая слезы дрожащей ладонью. — Зачем ты все усложняешь? Зачем?..

Мысли путались, сменяя одна другую с безумной скоростью. На краткий сладкий миг в голове проскользнула отчаянная мысль: а что, если с ним все будет иначе? У него нет трона, нет гарема, нет императорского долга и бесконечной лжи. Он просто степной воин, готовый закрыть меня грудью от арбалетной стрелы, не требуя ничего взамен. С ним… с ним могло бы быть все по-другому?

Но тут же накатывала холодная волна страха. Страха снова ошибиться, снова поверить в сказку и проснуться с клинком между лопаток.

Шэн в этот момент опять застонал, и я мгновенно забыла все свои страхи, кинулась к нему, с тревогой вгляделась в бледное лицо, прижала ладонь ко лбу. Показалось или он стал горячее? Небо, только не это, даос ведь говорил, что если начнется лихорадка, то все будет очень плохо!

Страх за его жизнь вытеснил все другие страхи, я заметалась было, потом вспомнила, что еще в холодном дворце, когда меня нарочно запирали, не давая даже выйти во дворик, чтобы погреться на солнце и покопаться в грядках, я находила утешение в старых книгах, в том числе и по медицине.

Там не было каких-то особых секретов, к тому же научиться лечить людей, просто читая старинные свитки, невозможно. Но все же кое-что я запомнила.

Например, что сбивать температуру можно несколькими способами. И сейчас мне проще всего будет Шэна раздеть, приготовить полотенца, холодную воду и крепкое рисовое вино, которое в эту воду следует добавить в определенной пропорции.

Быстро принеся из сеней кувшины, оставленные там монахом, я смешала жидкости в широком глиняном тазу так, как учили старые медицинские свитки. Запах алкоголя и свежести остро ударил в нос, на миг проясняя отуманенную страхом голову.

Присев на край деревянного ложа, я принялась осторожно раздвигать остатки его окровавленного нижнего ханьфу. Руки дрожали, пальцы путались в завязках, но я заставляла себя действовать быстро. Сбросив с Шэна тяжелые, пахнущие копотью и кровью одежды, я смочила льняную ткань в винном растворе и приложила ее к его пылающему лбу, протерла шею и ключицы, стараясь не задевать рану. Он вздрогнул от холода, хрипло вдохнул и потянулся ко мне в забытье.

— Тихо, тихо, Шэн… Я здесь, — шептала я, обтирая влажной тканью широкие плечи и сжатые в кулаки руки.

Его бледное лицо, с которого я сняла маску, покрытое шрамами и капельками испарины, казалось совсем молодым и беззащитным без привычной угрюмой суровости. Я смотрела на его заострившиеся скулы, на темные растрепавшиеся волосы, и грудь разрывало от дикой, неописуемой смеси чувств. Вся моя прежняя решимость быть ледяной и неприступной рушилась с каждым его тяжелым вдохом.

— Ты ведь не Сын Неба, — едва различимо шептала я, зная, что он все равно не слышит. Аккуратно смыла выступивший пот с его груди, снова обойдя свежую льняную повязку на ране. — У тебя нет подданных, нет тысяч коронованных предков за спиной и великой империи, ради которой можно с легкостью растоптать одну наивную девчонку. Ты просто Шэн, мой телохранитель, мой глупый, верный варвар…

И от этого осознания становилось только страшнее. Потому что если он уйдет, если злая судьба отнимет его у меня, то я просто не выдержу. Второго такого разрушения моя душа не переживет.