Книга Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат, страница 123 – Диана Фурсова

Двадцать два рода.

Представители.

Свидетели.

Люди Торвейна из Совета, которые должны были видеть документы.

Мирта, потому что Сайвера хотела хотя бы одного совершенно постороннего человека, которому доверяла как свидетелю того, что происходило в доме.

И Даймор.

— Его тоже? — спросил Торвейн.

— Особенно его.

— Он может не приехать.

— Может.

— Я могу потребовать.

— Нет.

Торвейн нахмурился.

— Почему?

— Потому что тогда он скажет, что ты привёз его в место, где твоя бывшая жена устроила суд с заранее решённым исходом.

— Он всё равно так скажет.

— Пусть. Только без подарка в виде правды.

Торвейн задумался.

— Приглашение от тебя.

— Да.

— Как Хозяйки Порога?

Сайвера помедлила.

Слово всё ещё ощущалось непривычно.

Не потому, что трактир ей не принадлежал.

Потому что теперь оно означало больше, чем стойка, кухня и двенадцать комнат.

— Как хозяйки «Старого Порога», — сказала она. — Без древних титулов. Я пока не собираюсь ходить по залу и требовать, чтобы меня называли Сайверой дважды.

Торвейн улыбнулся.

— Жаль.

— Даже не думай.

— Сайвера Сайвера Элрон.

Она бросила в него тряпкой.

Он поймал.

И несколько секунд они оба смеялись.

Потом Сайвера первой вернулась к списку.

— Письма должны быть одинаковыми. Никаких обвинений. Только: обнаружены независимые исторические записи родов, затронутых решениями последних двенадцати лет. Представитель может прибыть добровольно и принести то, что считает нужным.

— А Даймору?

— То же самое. Добавь, что его подпись стоит под частью спорных документов и ему предлагается представить объяснение.

— Он приедет.

— Уверен?

— Да.

— Почему?

Торвейн посмотрел на неё.

— Потому что если не приедет, все заметят.

Сайвера кивнула.

Она думала так же.

На подготовку ушло пять дней.

«Старый Порог» за это время впервые столкнулся с проблемой, о которой Сайвера мечтала ещё месяц назад.

Людей оказалось слишком много.

Одиннадцать готовых комнат заняли сразу.

Двенадцатую, которую она всё откладывала, пришлось срочно довести до состояния, когда туда не стыдно пустить постояльца.

Руэн починил вторую раму.

Торвейн привёз стекло, но Сайвера заплатила за него из кассы трактира.

Он даже не спорил.

Почти.

— Ты могла бы считать это моим вкладом в расследование.

— Нет.

— Почему?

— Потому что завтра ещё кто-нибудь разобьёт окно, и я не хочу выяснять, кто имеет право его чинить.

— Это стекло.

— Именно. Поэтому запиши сумму.

Иврей записал.

Очень старательно.

Тесса распределяла комнаты так, будто занималась этим всю жизнь.

— В шестую нельзя семью с маленьким ребёнком.

— Почему? — спросила Сайвера.

— Под окном ветка.

— И?

— Стучит ночью.

— Откуда знаешь?

— Жалобы.

Сайвера посмотрела на неё.

— У нас уже есть жалобы?

— Две.

— Почему я не видела?

— Потому что я решила.

— Что именно?

— Переставила людей.

Сайвера открыла рот.

Закрыла.

— Хорошо. Но в следующий раз говоришь мне.

— Зачем, если я решила?

— Вот именно поэтому.

Тесса подумала.

— Хорошо.

Иврей вёл отдельный список приезжающих.

Руэн проверял двор и конюшню.

Ави получила категорический запрет объяснять гостям правила подписи до начала слушания.

Она обиделась.

— Почему?

— Потому что это не игра, — сказал Руэн.

— Я знаю.

— Тогда не рассказывай.

— Но про волка можно?

— Нет.

— Он доказательство.

— Нет.

Ави посмотрела на Сайверу.