Книга Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат, страница 119 – Диана Фурсова

Тогда несколько крупных и малых родов договорились о нейтральных домах.

Их строили на старых дорогах.

Постоялый двор позволял содержать такое место без постоянных сборов с одной стаи. Путники платили за комнату, еду и конюшню, а хозяин или хозяйка одновременно следили за соблюдением старого соглашения.

— То есть это всегда был настоящий трактир, — сказала Сайвера.

— Похоже.

— Никакого древнего храма.

— Разочарована?

— Наоборот. Если бы моей бабушке пришлось весь день ходить в торжественной мантии, я бы заподозрила подделку.

Она продолжила читать.

Человек, которого лишали дома, имени или признанного родства, мог прийти к Порогу и потребовать слушания.

До него нельзя было вывести гостя силой.

Ни один Альфа не имел права объявить окончательное решение на территории Порога, пока не услышаны обе стороны.

Хозяин дома не становился судьёй.

Это Сайвере понравилось особенно.

— Вот.

Торвейн поднял глаза.

— Что?

— «Хранитель Порога не решает спор по собственной воле и не заменяет власть рода, земли или Совета. Его обязанность — сохранить человека, имя и свидетельство до слушания».

— Логично.

— Значит, трактир не выбирает, кто прав.

— Он остановил меня с Ивреем.

— Потому что ты пытался забрать его до разговора. Не потому что автоматически решил, что ты злодей.

Торвейн посмотрел на неё.

— Очень приятно получить официальное подтверждение.

— Я всегда говорила, что дом разумный.

— Ты говорила это после того, как он захлопнул передо мной дверь.

— Именно.

Дальше шло устройство слушаний.

Свидетели обеих сторон.

Запись имён.

Сверка семейных знаков.

Старые родовые книги Порога использовались не вместо официальных, а как независимое свидетельство. Если две стаи спорили о том, принадлежит ли человек определённому роду, записи нейтрального дома могли подтвердить, что такой человек или его предок действительно являлся здесь раньше.

Сайвера поняла, зачем под землёй хранили собственный реестр.

Не «главную правду мира».

Резервную память.

Документ, который не находился в архиве ни одной из сторон спора.

— Вот почему он должен был быть независимым, — сказала она.

— Да.

— Если бы книги хранились у Альфы, против которого подано требование, смысла не было бы.

Торвейн медленно кивнул.

Сайвера перевернула лист.

— И вот почему трактир оказался записан на землях Ардалей так странно.

— Что?

— Смотри. Земля вокруг могла относиться к стае, но само здание и внутренний двор считались «неприсоединённым домом».

— В нынешнем праве такого статуса нет.

— Поэтому после смерти бабушки документы и развалились.

— И владение перешло нашей семье как строение на земле Ардалей.

— Да.

Она посмотрела на бывшего мужа.

— Твоя семья пятнадцать лет владела местом, которым по старому договору вообще не должна была владеть.

— Я уже заметил.

— И даже не знала.

— Я был моложе и гораздо менее внимателен к старым трактирам.

— Не оправдывайся возрастом.

— Не собирался.

Сайвера усмехнулась.

Потом дошла до следующей части.

Преемство.

Сначала смысл ускользнул.

Хозяин или хозяйка Порога не обязательно наследовали дом по крови. В ранние времена их выбирали из семей, признанных всеми сторонами нейтральными.

Но у «Старого Порога» несколько поколений подряд эту обязанность несли Элроны.

На полях стояли пометки.

Имена.