Книга Развод с Альфой. Трактир для брошенных волчат, страница 100 – Диана Фурсова

— Сейчас у тебя действительно мало муки.

— Иврей всем рассказал?

— Ави.

Сайвера закрыла глаза.

— Конечно.

— Она сообщила, что завтра останется без лепёшек из-за «плохих бумажек дяди Даймора».

Несмотря на всё, Сайвера рассмеялась.

— Руэн будет счастлив узнать.

— Он пытался её остановить.

— Безуспешно?

— Очень.

Торвейн подошёл ближе к столу.

— Я серьёзно. Тебе не нужно доказывать независимость тем, что трактир останется без поставок.

Улыбка исчезла.

— А я не доказываю независимость.

— Тогда что?

— Защищаю хозяйство.

Он нахмурился.

— От моих продуктов?

— От привычки ждать, что Альфа решит мою проблему.

Торвейн замолчал.

Сайвера провела ножом по корке следующей буханки.

— Сегодня ты пришлёшь обоз. Завтра Попечительство придумает ещё одно предупреждение. Послезавтра кто-нибудь скажет мельнику, что работать со мной рискованно. Ты будешь каждый раз присылать своих людей?

— Если понадобится.

— А если тебя не будет?

— Сайвера…

— Именно. «Старый Порог» должен уметь жить без дома Альфы. Иначе я зря строила всё это.

Торвейн не ответил сразу.

Раньше здесь начался бы спор.

Он привёл бы доводы о безопасности, количестве запасов и разумности временной помощи. Сайвера ответила бы ещё жёстче. В конце концов один из них уступил бы только потому, что устал.

Сейчас Торвейн посмотрел на пустую корзину для хлеба, потом на неё.

— Что тебе нужно?

Она насторожилась.

— В каком смысле?

— Не что мне сделать вместо тебя. Чем помочь тебе сделать то, что ты решила.

Нож остановился.

Сайвера медленно положила его.

— Пока не знаю.

— Хорошо.

— И ты не будешь спорить?

— Буду, если решение окажется глупым.

— Как удобно.

— Но сначала выслушаю.

Она невольно улыбнулась.

— Совсем испортился.

— Стараюсь.

Из общего зала выглянул Иврей.

— Сайвера!

— Что?

— Я нашёл дорогу.

Они с Торвейном одновременно повернулись.

Иврей выглядел довольным собой.

— Какую?

— Старую.

— Где?

— На карте.

Торвейн нахмурился.

— На моей?

— Нет.

Иврей замялся.

Сайвера сразу поняла.

— Что ты открывал?

— Ничего.

— Иврей.

— Сундук уже был открыт.

— Какой сундук?

— Ваш.

Торвейн закашлялся.

Сайвера медленно вышла из кухни.

— Иврей.

Мальчик попятился.

— Я не рылся.

— Очень надеюсь.

— Мы искали верёвку.

Тесса появилась за ним.

— Я сказала, что верёвка не там.

— Потом сказала.

— До того.

— Тихо оба. Где карта?

Иврей указал на дальний стол.

На нём лежал старый лист, сложенный в несколько раз.

Сайвера узнала бумагу.

Не сам рисунок.

Бумагу.

Этот лист много лет находился среди семейных писем, которые она забрала из дома Торвейна в день развода. Сайвера несколько раз видела сложенный квадрат, но принимала его за очередную старую запись о границах бабушкиного участка и ни разу не разворачивала полностью.

Теперь он занимал почти половину стола.

На бумаге был нарисован «Старый Порог».

Не так, как на официальных картах.

Без границ владений и номеров участков.

Дом обозначался маленьким прямоугольником. Рядом стояли конюшня, колодец и молодой по тем временам сад. От развилки расходились три дороги.

Сайвера знала две.

Третьей сегодня не существовало.

Она начиналась за восточной стороной двора, шла вниз через лес, пересекала ручей и выходила к месту, где на современной карте находилась ферма Мирты.

— Откуда ты понял? — спросила она.

Иврей показал на знакомую петлю реки.