Книга Любить Палача. Обратный отсчёт, страница 10 – Ian luv

Демьян помрачнел. Он отошел к окну, засунув руки в карманы.

— Это долгая история, Арина. И не очень приятная. Скажем так: я перешел дорогу человеку, который разбирался в смерти лучше, чем в бизнесе.

— Виктору Волкову? — имя всплыло в памяти само собой. Я видела его фото в новостях, когда листала ленту. Его часто упоминали как главного конкурента Калашникова в строительном бизнесе.

Спина Демьяна напряглась.

— Откуда ты знаешь это имя?

— Я же сказала, я вижу смерть. У Волкова тоже странная аура. Я видела его однажды по телевизору, в репортаже. Над ним цифры... они не красные. Они черные.

Демьян резко обернулся. В его глазах вспыхнул опасный огонь.

— Черные? Ты уверена?

— Абсолютно. Что это значит?

— Это значит, — он подошел ко мне вплотную и, не спрашивая разрешения, взял меня за руку. Его пальцы были горячими.

Меня снова кольнуло болью, но я стиснула зубы, не издав ни звука. Я не доставлю ему удовольствия видеть мою слабость.

Цифры над его головой дрогнули и поползли вверх.

00: 03: 18 — 00: 03: 25.

— Это значит, что игра гораздо сложнее, чем я думал, — закончил он. — И ты теперь в самом центре шахматной доски. Пешка, которая стала королевой.

Он поднес мою ладонь к своим губам. Это не было поцелуем галантности. Он прижался губами к моему запястью, прямо там, где билась жилка, словно пил мой пульс.

Я почувствовала, как из меня уходит еще один крошечный кусочек жизни. Может быть, час. Может быть, день.

— Стеклянная тюрьма, Арина, — прошептал он, не отрываясь от моей руки. — Привыкай. Теперь это твой мир.

Я посмотрела поверх его склоненной головы в окно. Солнце поднялось выше, заливая Москву безжалостным ярким светом. Башня «Федерация» сияла, как игла, пронзающая небо.

Мы стояли посреди роскоши, два проклятых существа. Один, который не мог умереть, и другая, которая не могла жить своей жизнью.

— Я ненавижу вас, — сказала я тихо.

Демьян поднял голову. Его глаза, налитые украденной жизнью, смотрели прямо в душу.

— Я знаю, — ответил он. — Но ненависть — это сильное чувство. Оно заставляет сердце биться быстрее. А это именно то, что мне нужно.

Он отпустил мою руку, но не отошел. Мы стояли в метре друг от друга, связанные невидимой пуповиной времени.

00: 05: 00.

У него было пять минут форы. Пять минут, купленных ценой моей боли.

В дверь постучали.

— Войдите! — рявкнул Демьян, не сводя с меня глаз.

Вошел Лев. В руках у него был планшет и какой-то пакет.

— Демьян Александрович, бригада по установке дополнительных бронепанелей прибыла. Начинают монтаж в спальне и кабинете. И еще... — он замялся, глядя на меня.

— Говори.

— Пришли результаты анализов Арины Витальевны. Мы взяли образец крови, пока она спала.

Я похолодела. Они брали у меня кровь, пока я была в отключке?

— И? — Демьян протянул руку.

Лев передал планшет. Калашников быстро пробежал глазами по строкам. Его брови сошлись на переносице.

— Это точно? — спросил он.

— Лаборатория перепроверила дважды.

— Что там? — я не выдержала. — Я чем-то больна?

Демьян медленно поднял на меня взгляд. В нем было что-то новое. Не жадность, не торжество, а... испуг?

— Твои теломеры, — произнес он глухо. — Это участки ДНК, отвечающие за старение клеток.

— Что с ними?

— Они укорочены. Как у шестидесятилетней женщины.

В комнате повисла тишина, тяжелая, как могильная плита.