Книга Кровь и Ярость, страница 7 – Алекс Шу

— Отлично, всё как мы планировали, — губы императора раздвинулись в самодовольной змеиной улыбке. — А что с графом? Ты о нем ничего не сказал.

— К сожалению, граф Ферн с остатками своих вассалов и придворных сбежал в горы, сейчас укрывается у северных вождей, — невозмутимо сообщил коннетабль.

— Плохо, — Мариус недовольно поджал губы. — Его надо было убирать сразу, любыми способами, чтобы на провинцию никто не мог претендовать в будущем. Чем занимались черные братья?

— Это вы у них спросите, Ваше Императорское Высочество, — невозмутимо ответил командующий. — Наше дело — война и сражения, мы свою задачу выполнили — провинция под контролем Карна.

— Ладно, — вздохнул император. — Передай маршалам и легатам мою личную благодарность. Пусть скажут перед строем, что император доволен и ценит подвиг своих бойцов. Распорядись, чтобы всем отличившимся легионерам выдали денежные премии, раненным организовали полноценное лечение и обеспечили всем необходимым для выздоровления и скорейшего возвращения на службу. И начинай готовиться к войне против Арадона. Я хочу, чтобы с наступлением холодов наши легионы были готовы выступить. Баронесса обещала сделать всё возможное, чтобы войска королевства не сопротивлялись, но власть регента не полноценна, в Арадоне среди лордов у нас хватает противников и прочих горячих голов, готовых вступить в бой с имперскими войсками.

— Будет исполнено Ваше Императорское Величество, — Ариос припал на колено, склонил голову и приложил ладонь к сердцу.

— Всё, ступай, — небрежным движением ладони Мариус отослал коннетабля.

Позовите Верховного жреца, — император повелительно глянул на церемониймейстера.

— Слушаюсь, Ваше Императорское Величество, — поклонился старый слуга.

Через минуту в тронный зал вошла высокая фигура в черном балахоне. Жрец откинул капюшон, на императора глянуло костистое морщинистое лицо. Черные глаза навыкате, крупный крючковатый нос, тонкие губы и выпяченный подбородок производили отталкивающее впечатление. Но хищный острый взгляд сразу отбивал желание выразить отвращение или посмеяться над внешностью.

Перед троном Густ остановился, опустился на колено. В отличие от коннетабля, он лишь едва наклонил голову, продолжая смотреть на императора черными глазами.

— Приветствую тебя, старший брат, — просипел он.

— Поднимись, младший брат, — Мариус неспешно встал с трона, опустился к жрецу и поднял его.

Наедине и на неофициальных встречах Верховному жрецу позволялось многое, поскольку и император и Густ, являлись высшими служителями Терриоса. Мариус, с согласия жрецов, провозгласил себя Первым Апостолом. В культе Терриоса, Густ находился лишь на ступеньку ниже, являясь Верховным жрецом, руководящим черными братьями и храмами, посвященными богу войны. Оба служили Терриосу, но именно Мариус как Первый Апостол, считался живым воплощением воли Темного божества и его голосом.

— Как идут дела? — спросил император, требовательно глядя на жреца.

— Всё хорошо, с твоей помощью, старший брат, — в сиплом голосе Верховного жреца прорезались удовлетворенные нотки. — Жертвенные костры во всех храмах Империи горят круглыми сутками. Алтари щедро орошаются кровью девственниц и детей, с каждым днем, наш Великий бог и мы вместе с ним становимся сильнее. В захваченных землях и провинциях строятся новые храмы Терриоса. Когда они откроются и начнутся первые жертвоприношения, мощь нашего Черного повелителя многократно умножится.