Книга Бутоны зла. 31 история для мрачных вечеров, страница 150 – Мария Токарева, Елена Михалёва, Саша Гран, и др.

Пахнуло смрадом, кровью и болью. Даже мои спутники почуяли это, беспокойно затоптавшись на месте.

Среди древесных стволов промелькнул бок существа: крупные кости, обтянутые кожей, редкий, точно вылезший местами, угольно-черный мех, голый череп вместо морды, витиеватые рога над пустыми глазницами, глаза, которые светились, как болотные огни. Я судорожно сглотнула, тотчас смекнув, что за напасть притекла в наши края.

Вдруг пасть существа, полная острых, как рыбьи кости, зубов, распахнулась, и воздух огласило яростное шипение.

Милослав, стоявший подле меня, поежился.

— Это что еще такое?

Я судорожно сглотнула.

— Злыдень. Вечно голодный, охочий до мяса и крови. Бегает быстрее волка. На задних ногах – в два раза выше людского роста. Не ведает усталости и никогда не спит. Жертвы разрывает на куски когтями и клыками, а потом медленно поглощает. Злыдни особенно опасны по весне, ибо ярятся, что прошла их излюбленная пора, зима. Убить злыдня можно, лишь если снести голову мечом или проткнуть сталью его холодное черное сердце.

Милослав судорожно сглотнул. Не в моей привычке было утешать ратников князя, но я не смогла удержаться.

— Не тревожься, воин. – Я слегка коснулась пальцами его плеча. – Здесь, в обережном круге, ему нас не достать.

Я вновь почувствовала на себе пристальный взгляд Ратибора, но не стала оборачиваться, чтобы разгадать его суть. Чем меньше жестокие властные князья проявляли интерес к ведьме, тем лучше, этот урок я усвоила давным-давно.

Злыдень выбрал тот самый момент, чтобы выступить из-за деревьев. Уродливая костяная морда, перемазанная землей и кровью, грозно нависла над нами. Сквозь дыры от ноздрей злыдень втянул в себя воздух, принюхиваясь. Острые челюсти распахнулись, и воздух сотряс утробный громогласный рев.

Гридни затоптались на месте, то и дело взглядывая на князя, точно ожидая от него приказа напасть. Я скрежетнула зубами. Тупоголовые идиоты.

— За защитный круг – ни ногой, – прошипела я.

Ратибор молчал, но я видела, как судорожно его пальцы сжимали рукоять меча, каких усилий ему стоило остаться на месте.

Злыдень принялся рвать когтями землю, он подобрался вплотную к защитному кругу, силясь прорваться, но у него ничего не выходило. От бессилия он снова взревел, острые зубы голодно клацали, смрадное дыхание обдавало наши лица всякий раз, как костлявая тварь разевала пасть.

Вдруг неистово взревел Гордей. Князь среагировал первым.

— Стой! – рявкнул он, но было поздно.

Гордей, не пожелавший подчиниться ведьме и вдобавок ослушавшийся князя, бросился на злыдня, взмахнув мечом. Лезвие прошло по косой, оставив на теле лютой твари лишь неглубокий порез.

Кожа и шкура у злыдней была толстой, оттого и одолеть этих тварей было делом не из легких. Вдобавок злыдней защищала их собственная колдовская сила, и раны на теле затягивались в два счета. А двигались эти чудовища быстрее людей. Даже тех, что были обучены держать меч едва не с пеленок.

Кривые когти-крюки вонзились Гордею в грудь. Ратник застыл на месте, точно споткнулся. Кровь забулькала у него во рту, стекла по подбородку, пролилась на рубаху. Ратибор рванулся было с места, но я ухватила его за рукав.

— Все кончено. Ему уже не помочь, – прошептала я в ответ на его взбешенный взгляд.

А в следующий миг голова гридня исчезла в зловонной пасти чудовища, лязгнули челюсти, и обезглавленное тело Гордея повалилось на землю, заливая кровью кочковатый дерн.