Книга Гимн шута 22, страница 2 – Антон Федотов

— Ай-да с оргами базарить! — бросил тогда клич Саня.

И за ним пошли. В ту самую «элитную» часть. Их встретили равнодушным окликом «Стоять!» на подходе. Два парня и девчонка в форме. Школьной. Хотя Матрос и понятия не имел, где именно таких учат.

Естественно, взвинченные ублюдки, почувствовавшие кровь, только прибавили шаг. Да и девочка была чудо как хороша! Этакая лолита-нимфетка. И быть бы ей по итогу гораздо искушеннее в плотской любви, если бы не одаренность.

Пламя хлестнуло по толпе. Без цели убить.

Дикий вой разнесся по округе. Огонь прилипал к одежде и плохо сбивался даже на земле, но… был слишком слаб, чтобы кому-то смертельно навредить.

— Тварь! — взлетел над толпой из двух десятков «протестунов» общий клич.

И опал. Перед двойным щитом, что возвели сопровождающие магичку парни.

Был барьер слаб и тонок. И наличие автомата, мгновенно помогло бы нащупать предел насыщения защиты. Или пара десятков бутылок и кирпичей. Но у толпы не хватило ума даже проверить. А когда упал и забился на земле с обожженными кислотной полусферой руками, и самые горячие головы чуть поостыли.

— Стойте там! — потребовала «школьница».

Аккомпанементом лязгнули десяток затворов подоспевшей охраны и вой пострадавшего.

Бах!

Одиночный выстрел заставил тормознуть всех. Визг раненного стих.

И это был не первый случай. Каждую неделю грузовичок увозил два-три тела из начавшего терять управление палаточного городка.

Удивительно, но много «зрителей» шум не привлек. Лагерь жил своей страшной жизнью. Да, десяток-другой пустых взглядов сцена собрала. Но и только!

— Нам нужны бабки! — рявкнул Матрос.

Его поддержали. Больше мычанием. Не слишком уверенным. Трудно строить из себя героев под дулами карабинов.

Из-за спин охраны выступил Лелик. Интеллигентного вида студент в овальных очках.

— Деньги будут! — пообещал бригадир, поправив оправу указательным пальцем.

Саня вступил вперед. Деньги он любил. Ради них готов был даже побыть немного «героем».

— Когда⁈ — громко и четко крикнул Матрос. — Мы же и свалить можем!

«Студент» цинично фыркнул. Потом откровенно презрительно расхохотался.

— Вали, — хмыкнул он отсмеявшись, и тут же добавил куда громче. — Вали куда хочешь, ублюдок! Думаешь, у этих…

Очкарик жестом Ленина на броневике указал рукой на КПП «РитРос».

— … Твоей «рожи» не осталось⁈

Матрос тормознул. Насупился. Как-то не думал околофутбольщик, когда подписывался на «дельце», что все зайдет так далеко… Мысль, что он стал соучастником убийства людей Волконских, Саня гнал от себя как чумную. От таких размышлений жить не хотелось. Совсем.

— Мы платим тебе бабки, — жестко отрезал очками. — И нам решать, сдохнешь ли ты на зоне, либо отправишься гулять на все четыре!

«Крючок» в виде атаки на автобус с рабочими «РитРос» для того создавался, чтобы повязать кровью толпу. И сейчас, когда с деньгами и ресурсами вышла заминка, он очень даже пригодился!

— Думайте, уроды! — растянул рот в неприятной улыбке «студент».

И свалил. За спины одаренных и стрелков, оставив остальных размышлять о своей нелегкой судьбе.

— Уходим! — наконец махнул обеими руками Саня.

А вот сбежать из палаточного городка у него яиц не хватило.

Жизнь же в лагере становилась все хуже. Не сразу. Первыми начались перебои с вывозом мусора. Лагерь стал «зарастать» на глазах. Затем проблемы коснулись еды. Нет, голод не наступил. Но иногда начал «выпадать» завтрак. А через неделю наваристый рацион «тучных времен» воспринимался императорским пиром.