Онлайн книга «Когда расцветёт сакура»
|
Вот и все. Страшный момент, которого я опасалась, настал. Правда о моем происхождении прозвучала в стенах дворца в Камакуре. — Матушка?.. — Кёсукэ, прищурившись, смотрел на нее так, словно впервые видел. Значит, он не знал. Что ж. Так я и думала. Иначе не преминул бы воспользоваться этим против меня. — Стража! — проигнорировав сына, Акико пронеслась мимо нас к дверям. На мгновение мы встретились с ним взглядом. Моим единокровным братом. Он выглядел… растерянным. Словно ребенок, которого родители забыли на кассе в огромном супермаркете. — Схватить ее! Схватите Йоко-химэ. И в темницу! Ворвавшиеся в помещение мужчины застыли, переводя взгляды с Акико на меня. Они явно колебались, не зная, как они могут исполнять столь странный, столь безумный приказ. — Я жена сёгуна! Вы обязаны мне подчиняться! В темницу ее! Живо! Все мои слова, крики, уговоры, угрозы оказались напрасны. Двое крепких мужчин стиснули руки повыше локтей в железную хватку и выволокли меня из комнаты под насмешливым, торжествующим взглядом Акико. Я упиралась ногатами в татами, и тогда третий самурай подхватил меня под лодыжки, и они понесли меня, словно тряпичную куклу, все глубже и глубже, дальше и дальше на территорию дворца. Туда, куда сама я не рисковала забираться. А потом через одну из дверей мы вошли в темное, мрачное помещение и спустились по лестнице, которая, кажется, была выточена прямо в земле. Там в тусклом свете факела я разглядела решетки и клетки. В одну из которых затолкали и меня. Дочь сёгуна. Повернули в замке ключ. И я осталась одна. В зловещей темноте и тишине. Скоро вернется Акихито. Да, Акико может бросить меня в темницу. Но она не может меня казнить. Наверное… И если она совсем выжила из ума, то должны же быть еще многочисленные советники, министры, самураи?.. Но о каких советниках я рассуждаю, если за спиной Акико стоял Ацуми-сан? Странно, что его не было на ужине… Уж он-то точно не станет защищать меня или давать ей разумные советы. Ему моя смерть будет только на руку. Я надеялась лишь, что Акихито не мог вверить дворец и все управление лишь в руки матери, ведь он прекрасно видел, что она медленно, но верно теряла рассудок. А старший брат казался мне очень, очень разумным человеком. Он не стал бы так рисковать… Значит, меня скоро освободят. Нужно просто потерпеть и подождать. День, два, три. Сколько потребуется до возвращения Акихито. Так я себя уговаривала, шагая вдоль толстых прутьев решетки. Камера — пять шагов в длину и три в ширину. В углу валялась подстилка из рваного тряпья и соломы. Темноту в подземелье разрезал лишь тусклый, едва видимый свет от факела в самом начале длинного коридора, по которому меня вели. Я не слышала никаких посторонних звуков. Наверное, в этой темнице я пребывала в одиночестве. Значит, у мачехи окончательно не выдержали нервы. Она так страстно, так сильно хотела избавиться от меня — теперь выдав замуж за этого Ходзо-сана, что не смогла смириться с поражением. На месте Акихито я бы подумала о том, чтобы запереть где-нибудь ее. Приставив еще желательно охрану. Потому что она была нездорова, а безумные правители еще ни для одной династии, ни для одной империи не заканчивались хорошо. Если они хотят сохранить сёгунат Татибана, пора подумать о том, что делать с обезумевшей женой сёгуна. |