Книга Сакура в его ладонях, страница 98 – Ника Летта

— Ты не знаешь ни его, ни её, ни меня, — сказала я.

— Тебя-то я знаю.

Я закрыла ноутбук. Крышка хлопнула громче, чем хотелось, и несколько студентов обернулись.

— Ты знаешь версию меня, которую тебе удобно ненавидеть.

Маю задержала ответ на секунду. Мне хватило времени набрать воздуха.

— И знаешь, если тебе так нравится обсуждать чужую репутацию, начни с истории о том, как ты спала с парнем своей подруги, а потом пришла в аудиторию читать лекции о морали.

Улыбка на её лице удержалась лишь краешком губ.

— Ты стала смелее.

— У меня кончилось терпение.

На первом ряду кто-то с необыкновенным усердием перебирал содержимое пенала. Парень у окна смотрел в телефон с погасшим экраном.

Все слышали. Прекрасно. Очередная сцена. Только на этот раз мне не хотелось исчезнуть из комнаты. Руки дрожали, но я оставалась на месте.

Маю медленно откинулась на спинку стула.

— Посмотрим, как долго это продлится.

— Обязательно посмотри. Только с другого места.

Она прищурилась.

— Что?

— Ты села рядом со мной. Я тебя не приглашала.

Мы несколько секунд смотрели друг на друга. Потом Маю взяла сумку и пересела через ряд.

Маленькая победа. Глупая, детская, незаметная для всех, кроме меня.

Я снова открыла ноутбук. Пальцы всё ещё подрагивали. На экране мигал пустой документ. Мне следовало записывать лекцию.

Думать о проекте. О политических институтах. О чём угодно, кроме роскошной японки рядом с Юто.

Но слова Маю уже засели в голове.

Женщина своего уровня.

Мерзкая фраза. Липкая. Уровень. Класс. Статус. Правильность. Знакомый набор. В памяти всплыл бывший со своей «подходящей женой». Его родители. Их невидимая линейка, которой меня когда-то измерили и сочли недостаточно правильной.

Теперь я сама взялась за эту линейку. Смотрела на пустой документ и пыталась понять, не попала ли Маю в цель хотя бы своим ощущением.

Может, рядом с Юто действительно должна быть такая женщина? Красивая, взрослая, спокойная, без университетских драм, бывших подруг, растяжений, неловких почти-свиданий и русской мамы, подмигивающей из-за двери.

Та, которая не перепутает заботу с романтикой. Не покраснеет от одной ладони, заслонившей ей глаза.

Дверь аудитории открылась. Разговоры оборвались. Я подняла голову. Вошёл преподаватель другой дисциплины. Не Юто. Я выдохнула и тут же поймала себя на том, что продолжаю смотреть на дверь.

Увидеть Юто сейчас я не хотела. И всё равно ждала его. Я уставилась в ноутбук и напечатала первую фразу лекции. Стерла её. Потом написала совсем другое:Если это не ревность, почему так неприятно?

Я перечитала строку и сразу удалила. До такой честности я ещё не доросла.

После последней пары я вышла из аудитории с лицом человека, у которого всё в полном порядке. Получалось убедительно, пока никто не спрашивал, что творится у меня в голове.

Там по-прежнему сидела Маю. Её голос, улыбка и мерзкая фраза про «женщину его уровня». Меня раздражала она, раздражал Юто, раздражала я сама. Даже та роскошная японка, державшая его под руку с привычной естественностью, успела попасть под раздачу.

Хуже всего было признать, что мне больно. С какой стати вообще? Между нами с Юто ничего не происходило.

Прогулка, которая вроде бы и прогулкой не была. Лавочка. Его ладонь, заслонившая мне солнце. И даже «я буду ревновать» мало что проясняло, когда мужчина следом объявлял ревность своей проблемой и освобождал тебя от всякой ответственности.