Книга Истинная вина жестокого ректора-Дракона, страница 62 – Властелина Богатова

Снова молчание.

— Офицер Стрейн, расскажите что произошло на полигоне, — перехожу к делу.

Стрейн заметно белеет, напряжённо смотрит на коллег. Бывший офицер передового штурмового отряда. Отличный стрелок, жесткий инструктор. Сторонник “чистоты линий” — презирает вымесков и зеленую зону. Считает, что родословную важнее дисциплины. Хотя сам не прочь завести “грязную” связь на стороне.

— Смелее.

— Да, господин майор, — Стрейн прочищает горло. — Я лично опрашивал курсантов. Сначала было заявление, что курсантка Франческа Лебланд повредила плечо из-за неисправного ранжета.

Он бросает быстрый взгляд на кураторов — те стоят, как тени.

— Но позже выяснилось, что сама Франческа Лебланд инсценировал ситуацию. Намеренно. Чтобы ударить по репутации авангарда. Поэтому я требую для неё немедленное отчисление, майор. У меня есть доказательства. Это может подтвердить любой курсант авангарда.

Алекс что стоит рядом, шевельнулся, кажется видит, как гнев закипает в моём взгляде..

Я стискиваю зубы и медленно направляюсь к командующему генералу.

— Любой курсант авангарда?

Я останавливаюсь напротив Стрейна.

— Вы серьёзно? Вы предлагаете мне принять коллективное оправдание как доказательство? Вместо того, чтобы разъясниться какого чёрта вы не заметили магических манипуляций, пытаетесь сбросить ответственность? Вы что несёте? — я надвигаюсь стеной на офицера. — В академии действует устав, а не круговая порука.

— Вы оставили бойцов и не следили за тем что происходит на полигоне, даже не поняли что были применены магическая иллюзия и опасные боевые атаки. Вы теряете нюх офицер, если даже курсантки могут вас сделать в этом.

— Я…, — Стрейн багровеет. — Это моё упущение, вы правы, я просто отвечаю на вопрос, — и тут же вспыхивает злостью.

— Вы мямлите, офицер.

Стрейн багровеет.

— Я не согласен,, — выдыхает он, но тут же вскидывает подбородок. — Смею сказать, что проблема не только во мне, господин майор.

Я не двигаюсь.

— Курсантка Франческа Лебланд систематически провоцирует авангард. Она не соответствует уровню красной зоны. Её подготовка ниже требуемой. Дисциплина неудовлетворительная. Иммерсия нестандартная, и смею заметить непредсказуемая. Вам известно, что она нанесла удар курсанту синей зоны?

— Причинила увечья.

— Именно Дориану Стайлеру, он просил не оглашать, но раз всё так вышло, она нанесла ущерб академии и трещина в несущей стене раздевалки, это сделала она.

Короткая пауза.

— Я подал рапорт. Возможно, вы ещё не ознакомились. Поэтому сообщаю лично.

Взгляд прямой.

— Франческа Лебланд опасна.

Он делает вдох.

— Красная зона — это элита. А не место для экспериментальных исключений.

Он делает шаг вперёд.

— И если бы её не проталкивали выше, чем положено по происхождению и уровню, не пришлось бы разбираться с подобными инцидентами. Она создаёт проблемы.

Тишина в зале густеет.

— Авангард не обязан подстраиваться под… — он запинается, но всё же произносит, — … неуравновешенную тупицу, случайно попавшую не в свою зону.

Алекс рядом чуть напрягается. Он знает этот мой взгляд.

Тишина оглушает, как гнев заполняет жилы холодным свинцом.

Я смотрю на Стрейна несколько секунд. Достаточно, чтобы он начал сожалеть о сказанном. О каждом сказанном слове.

Делаю ещё шаг, давя Стрейн взглядом.