Книга Его Светлость, вы - мой краш тест, страница 26 – Любвизар

В канцелярии повисла тяжелая палуба. Грегор медленно подался вперед, сжав края суконного стола:

— Какое залоговое владение? Замок ничего не продавал!

— Вашим родителем была просрочена арендная недоимка за казенные прогоны, — сухо отчеканил регистратор. — Барон фон Лейтен выкупил долг через городской магистрат и оформил временно-бессрочное пользование. Хотите оспорить? С вас пятьдесят золотых солидов за судебную пошлину и открытие процессуального производства. Плюс внесение гарантийного депозита.

Маша быстро переглянулась с Рагнаром. Пятьдесят золотых — это стоимость полного капитального ремонта всего замкового комплекса с набором новой челяди и закупкой породистого скота. Для них эта сумма была абстрактной величиной из области фантастики.

— Пятьдесят золотых... — Грегор медленно отступил от конторки, и на его лице впервые за все дни проглянула искренняя фальшь. — Это грабеж. Но... у меня есть компаньоны в Торговой Гильдии. Если вы, Рагнар, передадите мне права требования на эти каменоломни, я закрою депозит из собственных резервов под скромный процент с выработки.

— Нет, — тихо, но отчетливо выговорил Рагнар.

— Что «нет»? — прошипел Грегор, оборачиваясь к кузену с откровенным раздражением. — Ты предпочитаешь сидеть на руинах без гроша в кармане, чем дать мне ввести туда артель?!

— Мы не продаем и не закладываем право требования, — вмешалась Маша, забирая грамоту с конторки писаря и убирая её обратно в суму. — Спасибо за консультацию, мастер. До свидания.

Они вышли на крыльцо ратуши под палящее полуденное солнце. Грегор тяжело дышал, нервно поправляя кружевной жабо.

— Вы идиоты, — процедил он сквозь зубы. — Оба. Вы упускаете единственный шанс реанимировать замок.

— Твой «шанс» пахнет кабалой, Грегор, — спокойно ответила Маша. — Мы вернемся и все спокойно обдумаем. Без суеты и без гильдейских барыг.

Дорога обратно прошла в гнетущем молчании. Грегор отвернулся к окну и за весь путь не произнес ни слова, лишь его пальцы нервно барабанили по суконной обивке двери.

Когда карета вкатилась во двор замка, Маша первой выскочила на землю. Ей требовалось срочно проверить одну деталь, о которой она думала всю дорогу обратно. По рассказам Греты, старый граф перед смертью прятал ценные бумаги не в одной нише, а делал дубликаты у замкового капеллана в архивном сундуке.

Оставив Грегора разбирать вещи в его комнатах, Маша и Рагнар спустились в холодный подвал под бывшей домовой церковью. Свеча в руках графа тускло освещала выкрошившийся кирпич и ржавые решетки древних оссуариев.

— О чем ты говорила в городе? — тихо спросил Рагнар, пока Маша обстукивала деревянные панели старого алтарного шкафа. — Какой другой вариант?

— Вот этот, — Маша с треском оторвала нижнюю гнилую планку шкафа. За ней, в небольшом свинцовом пенале, обернутом в промасленную ветошь, покоился еще один свиток. — Твой отец был должником, но он не был дураком. Он оставил прямой акт передачи прав собственности на замок и все прилегающие угодья лично тебе, без права отчуждения за долги. Эту бумагу он не успел подать в ратушу.

Рагнар развернул пергамент. На нем четко вырисовывалась сургучная печать с гербом и личная подпись прежнего графа.

— С этой бумагой фон Лейтен не сможет удержать каменоломни, даже если у него на руках все залоговые расписки, — выдохнул Рагнар. — Но если Грегор проведает...