Книга Последний шанс Гесса, страница 80 – Нани Кроноцкая

Раздался отчётливо-громкий щелчок. Вожак дёрнул головой и повёл длинным носом, как будто поймал новый запах. Сладковатая, тошнотворная вонь усилилась, проникая в ноздри, вызывая спазмы в желудке. На потолке, между ржавых балок прямо над нашими головами повисли ещё три здоровые злобные твари.

Скрип.

Едва уловимый звук, но Гесс вздрогнул всем телом. Дверь за спиной — последняя надежда на спасение — мелко дрожала, как будто живая. Почему?! Что там происходит и по каким шервовым правилам мы с ним играем?

— Си, на спину! — голос Гесса звучал неожиданно хрипло, рычаще, зверино.

Собрав остатки сил, я подпрыгнула, мёртвой хваткой вцепившись в его плечи, и тут же вскарабкалась выше. Мужская рука тут же быстро нащупала и на мгновение крепко сжала мою ладонь. Странный жест, безрассудный и неуместный сейчас. Он словно боялся меня потерять.

Две секунды.

Плавно, подчеркнуто-медленно и величественно Гесс опустился на колени. Потом в пол упёрся левой рукой, перенося на неё центр тяжести. Смотрел прямо и взгляд не отводил, словно дав ысам время понять: он не добыча. Поза хищника, блокирующего проход. Мышцы под моими руками натянулись тугой тетивой огромного арбалета, а я замерла на его спине, как перепуганная пичужка, тщетно пытаясь стать частью Гесса. Его плазер теперь смотрел вполоборота: на стаю перед нами и на дверь, из-за которой доносились пугающие звуки.

В искажённом отражении дверной панели я увидела, как глизеанец в необычайно широком оскале обнажил ряд белоснежных зубов с отчётливо выступающими верхними клыками. Он ещё и зубаст. И чему я ещё удивляюсь? Его поза говорила красноречивее любых слов — перед ысами предстал не просто мощный хищник, а воплощение власти и силы.

Вожак стаи застыл, шерсть на его загривке поднялась тёмным гребнем. Но уже через мгновение его круглые рваные уши опустились, плотно прильнув к голове, а веки прикрылись, выразительно демонстрируя подчинение и покорность. Невероятно, но ысы, похоже, признали в Гессе доминирующего хищника. Кому рассказать — не поверят. Да только рассказывать некому. Сила определяет права — вот он, закон выживания в его первозданной форме.

Секунда.

Дверь за нашими спинами громко взвизгнула, открываясь.

Окинув её настороженным взглядом и явно почуяв опасность, вожак отступил, поджав свой длинный хвост и опустив круглую голову. Вместо грозного рыка послышалось тихое поскуливание. Остальные члены стаи, следуя за лидером, втянув крепкие когти и поджимая хвосты, тоже медленно отходили назад.

Под моими пальцами шея Гесса снова окаменела от напряжения. В последний раз быстро взглянув на него, вожак развернулся и молниеносно исчез в темноте. Его стая немедленно последовала за ним, оставляя после себя только шорохи и шлейф сладковатого запаха.

— Держись.

Дверь наконец-то открылась. Сжав колени, я пискнула тихо в ответ, и мы тут же рванули в прямоугольный проём. Плазер Гесса завыл, его луч выжег в злой темноте ослепительную полосу. За спиной — тишина. Ни рыка, ни топота, ни скрежета острых когтей. Ысы внезапно оставили нас.

«Камбуз, — я мысленно произнесла, обхватив Гесса руками за шею и грудью прижавшись к могучей спине. — Первый маяк должен быть где-то рядом. Всего в паре метров».

Гесс перевёл плазер в режим фонаря и снова нажал на курок. Жёлтый свет выхватил из мрака облупленные стены с потёками ржавчины, разбитые пищевые контейнеры, небрежно разбросанные по полу, словно кости древних животных. И… никого. Только пыль неторопливо кружилась в луче света, создавая призрачные спирали.