Книга Удмуртские мифы. От Инмара и Матери солнца до свадьбы леших и половинчатого человека, страница 80 – Мария Сухова

Великаны-зэрпалы (северные удмурты) или великаны-алангасары (южные удмурты) являются персонажами первого цикла преданий – о древнейших насельниках края. Инмар создавал великанов из твердых горных пород. Долго выравнивал, а потом отправился за душой-разумом, который остался у него на небе. Эта забывчивость Инмара придает сюжету динамику, потому что Шайтан-Вукузё наблюдает и поджидает. Как только Инмар уходит, он торопливо плюет на не оживших великанов ядовитой слюной, и они покрываются язвами. Вернувшийся творец решает проблему незатейливо: выворачивает великанов наизнанку. Поэтому, согласно мифу, все болезни у человека скрываются внутри. Однако для нас опять важны детали. Инмар, оживляя свои творения, в волнении забывает вдохнуть в великанов разум-душу. Так формирует миф представление о главном отличии великанов от современных людей: они не просто огромны ростом и странны обликом, они не вполне разумны, не обладают всем необходимым для «современного» человека набором «культурных» признаков. Однако сразу видны нестыковки в образе «пралюдей»:

• великаны не знают орудий труда, либо они изготовлены из камня, а не из металла;

• одежда великанов описана как самый древний вид набедренно-поясной повязки – «из листьев»;

• великаны не владеют огнем либо греются у костра, зажженного молнией. Иногда добывают его архаичным способом – трением и могут забывать его потушить;

• хозяйство великанов носит присваивающий характер: они охотники и рыболовы, а не земледельцы;

• великанам неведомы нормы морали и чувство благодарности: они могут лечь на землю и, забавляясь, пинать ногами облака Инмара;

• у великанов вздорный и вспыльчивый характер, они то и дело бьются на кулаках или пускают друг в друга стрелы, которые сделаны из вырванных с корнем сосен.

Фольклорные тексты, записанные исследователями в XIX – конце XX века, и их поздние интерпретации содержат описания, отчасти позволяющие нам определить образ жизни великанов как бытие человека в Эдеме, когда он не знал ни тяжести труда, ни чувства стыда, полученного в познании греха и сделавшего его собственно человеком, который отделен от создателя. Лес великанов – своеобразный земной рай-сад, невинное начало пути человечества.

«Алангасары до удмуртов жили. Алангасаров дикарями называли, они словно скот были. Огонь добывали трением веревки о березу, потом никогда его не гасили. И ножи у них только каменные были. И одежды у них не было, спереди только листьями прикрывались. Стыда и у них не было… У костра сидели, обмазав ступни красной глиной… <…> Только в лесу еду себе добывали» [Владыкина, 1997: 208].

Они уходят, не выдержав конкуренции с человеком, который не так простодушен, и даже более того – ловок и хитер. Но главное – он пришел на землю трудиться. Зэрпалы и алангасары – символический образ прошлого, преувеличенный в прямом смысле слова. Как свидетельствуют современные исследователи, они – отправная точка для создания двух типов образов в удмуртском фольклоре: героев-батыров (богатырей) и мифических существ – духов.

«Муравей маленький, да гору буравит»: появление человека

Появление человека (мурт, адями́) в мире противоречиво. С одной стороны, он уже существует, когда на земле живут великаны. По преданию, первые люди произошли от одного великана по имени Уд, и был он не такой, как все остальные великаны: и ростом поменьше, и принятыми дорогами не ходил, и спал мало, и охотился не как другие, умел не только слушаться, но и сам думать. Видимо, так давал о себе знать тот разум, который Шайтан-Вукузё украл у старшего брата и развеял по земле, чтобы никому не досталось. Кстати сказать, Инмар за это был Вукузё очень благодарен. Потомков этого Уда и нашел в лесу молодой великан, принесший родителям диковинку – «дятла» с топором в руках. С другой стороны, Инмар, как в сюжете с великаном, лепит тело человека из земли и отправляется на небо за душой, оставив собаку охранять человеческое тело. Но завистливый Шайтан-Вукузё всегда наготове.