Книга Погребённый Князь, страница 63 – Евгений Ключников

— Они сами испросили разрешения остаться. Причём вовсе не у тебя, — а потом вслух, чтобы и дети слышали, — Да и кто послушается твоих приказов?

Альрик закрыл глаза, признавая окончательное поражение.

Северин повёл его дальше, во двор. День под Траурной Завесой оставался серым и безрадостным, однако холмы вдалеке, за лесом, были покрыты золотым солнечным светом. Мёртвые стражи неподвижно стояли у ворот. На виселицах покачивались пустые петли. Альрик остановился как вкопанный. Брам медленно повернул к нему сломанную набок голову.

— Милорд… — прохрипел он через силу.

Альрик перевёл потрясённый взгляд на Северина.

— Они что, разговаривают?

— Кстати, не все. Даже и не знаю, с чем это связано. Возможно, ты разберёшься?

— Это ведь уже не Брам.

— Душу Брама без остатка сожрала твоя драгоценная Белая Бездна, — жёстко произнёс Северин, — Если хочешь пожаловаться на некачественную работу Церкви, на самой вершине башни сидит один из ее виднейших представителей, — ехидно парировал Северин.

Альрик отступил на шаг назад.

— Это настоящая мерзость.

— Отнюдь. Настоящая мерзость — повесить старика, всю жизнь ухаживающего за конями. А вот это, — он указал на Брама, — лишь неизбежное последствие содеянного. Вы, живые, вечно и упорно путаете причину с последствиями.

Они дошли до самых ворот. Ветер лениво шевелил обрывки развешанных петель, в которых болтались ныне не-мёртвые служители Дорнхольда. Несколько табличек юноши из часовни уже успели снять и аккуратно сложить у стены. Рядом лежали уголь и небольшой нож.

Альрик долго смотрел на это зрелище, не в силах отвести взгляда.

— Я полагал, что если соглашусь подписать, Варенций оставит нам хотя бы Крепость.

Северин развернул его лицом к замку.

— Вот она, наша крепость. Ее вернул тебе Варенций?

Он широким жестом указал на дымящиеся башни, на мёртвых стражей у ворот, на коптящую небо Завесу, на выгоревшие окна, на весь двор, где безропотно служили тела, лишённые собственных душ.

— Скажи, Варенций вернул его тебе?! Нет! Его вернул я! И даже если бы я не был проклят, но избежал бы казни, я бы собрал знамёна верных людей и мы растоптали бы Церковь, вернув то, что было нашим по праву!

Альрика прорвало разом, точно плотину:

— А что мне оставалось делать?! — выкрикнул он в исступлении, — Красиво умереть рядом с тобой?! Подставить под удар весь наш род целиком?! Дать им законный повод вырезать всех до последнего человека?! Тебе легко рассуждать о чести — на тебя с самого детства смотрели как на будущего законного князя! Ты даже после смерти стал только сильнее! А я всю свою жизнь оставался лишь трусливым представителем младшей крови, о которой вспоминали только тогда, когда старшая линия внезапно занемогала или отправлялась на войну! Варенций прекрасно это знал. Он явился ко мне вовсе не как к потенциальному предателю. Он явился ко мне как к человеку, который всю свою сознательную жизнь ждал, что его наконец назовут по-настоящему нужным.

Северин молчал, слушая.

Альрик тяжело, прерывисто дышал.

— Да, — произнёс он уже тише, с явным трудом. — Я испугался, признаю это открыто. Да, я хотел выжить любой ценой. Да, когда мне сказали, что я стану новым князем, я… на одно короткое мгновение я и вправду поверил, что это вовсе не кража чужого титула, а честно исполненный долг. Что если я приму на себя эту ношу, то смогу хоть немного смягчить общий приговор. Что сумею сохранить хоть кого-то из своих людей. Что потом, когда всё окончательно утихнет…