Книга Развод в 55: Адвокат, защищайся сам!, страница 98 – Ксения Соболева

— Я люблю тебя, — сказала Татьяна тихо. — И жалею о том, что не замечала твою боль раньше.

Дарья опустила глаза.

— Но я не возьму на себя вину за его измену, — продолжила Татьяна. — Не позволю связать одно с другим. Мои ошибки как матери — мои. Его выбор — его.

— Я не знаю, где правда, — ответила Дарья.

— Тогда не выбирай сегодня.

— Легко сказать.

— Нет. Трудно.

Дочь открыла дверь.

Перед выходом она обернулась.

— Ты правда не знала?

Татьяна посмотрела ей прямо в глаза.

— Правда.

Дарья задержалась на секунду дольше, чем обычно.

— Пока, мам.

— Доезжай аккуратно.

Дверь закрылась.

Татьяна осталась в прихожей и несколько минут смотрела на синий брелок ключей, оставленных Леной. Разговор не закончился примирением. Дарья не встала на сторону матери, не назвала отца лжецом и не отказалась от его денег. Всё осталось неприятно сложным, но впервые Татьяна не чувствовала себя полностью проигравшей. Она сказала дочери правду не только о Вадиме, но и о себе.

И услышала правду в ответ.

На следующий день работа встретила её значительно проще семейной жизни. Клиент, с которым Татьяне поручили поговорить самостоятельно, оказался владельцем небольшой компании, производившей упаковку для магазинов. Никакой гигантской корпорации, никаких страшных сумм, но Михаил всё равно заранее предупредил: он будет сидеть в соседней переговорной и не вмешается, если Татьяна сама не позовёт.

— Почему сразу я? — спросила она утром, просматривая документы.

— Потому что ты уже две недели жалуешься, что я держу тебя на детских заданиях.

— Я не жаловалась.

— Ты делала лицо.

— Какое?

— Вот это.

Михаил изобразил её привычно недовольный взгляд так плохо, что Марина за соседним столом рассмеялась.

— Не обращайте внимания, — сказала Марина. — Он всех отправляет к клиентам раньше, чем хочется.

— Зачем?

— Чтобы потом узнать, кто умеет говорить, а кто только писать умные комментарии.

Татьяна посмотрела на бумаги.

К встрече она готовилась почти два часа. Перепроверила всё три раза, выписала вопросы, попросила Марину показать одну функцию в программе и потом ещё раз убедилась, что поняла. Клиент приехал после обеда, мужчина лет сорока пяти, нервный и слишком разговорчивый. Первые десять минут он постоянно перебивал, объяснял, что «всё на самом деле просто», и называл цифры быстрее, чем Татьяна успевала сверять.

Раньше она легко бы остановила такого человека.

Теперь почувствовала, как теряется.

На экране не открывался нужный раздел. Татьяна нажала не туда, вернулась, снова потеряла строку. Клиент начал повторять объяснение громче, будто проблема заключалась в слухе.

— Одну минуту, — сказала Татьяна и подняла ладонь. — Я понимаю, что вы говорите. Мне нужно проверить одну вещь.

Он замолчал.

Татьяна наконец нашла нужную страницу.

Цифра не сходилась.

Не на три рубля.

Заметно.

— Вот здесь, — сказала она, поворачивая экран. — Вы сейчас называете сумму после корректировки, а в исходных расчётах остаётся прежняя.

Мужчина нахмурился.

— Нет, это уже меняли.

— В этой версии нет.

— Должно быть.

— Не должно. Нет.

Он придвинулся ближе.

Татьяна почувствовала знакомое внутреннее спокойствие. Программа всё ещё была новой, но цифра оставалась цифрой.

— Если вы используете новую сумму дальше, часть расчётов получается правильной, а часть остаётся на старом основании. Отсюда расхождение.