Книга Лучший Работник Союза: Дом Отдыха Героев Пятилетки, страница 35 – Ксения Чернова

Эта фраза ударила точнее, чем ожидалось. Я замолчал.

Алина посмотрела на Зою, потом на меня.

— Товарищ Громова права. Ваше предложение по группам сработало. Решение с проверкой стабилизатора было верным. Решение о помощи третьей группе — тоже. Ошибки были, но не критические. Отряд признаёт вашу пользу в первом испытании.

Слово “польза” прозвучало как награда. Не как “полезный идиот”, не как “ресурс”, не как “молодец, теперь работай дальше”. Польза — как признанная форма присутствия среди людей.

— Принимаю, — сказал я.

Алина кивнула.

— Уже лучше.

После финиша нас направили в тёплые купальни восстановления.

Если утренний гидросектор был местом чистой дисциплины тела, то после морской эстафеты купальни показались почти опасной роскошью. Они располагались ниже спортивного сектора, в полукруглом павильоне, открытом к морю. Белый камень, мозаики с волнами и красными звёздами, пар над минеральными бассейнами, деревянные настилы, мягкий свет, запах соли, трав и нагретой кожи. После холода воды, ветра, нагрузки и адреналина тёплый воздух обнял так плотно, что у меня на секунду закружилась голова.

Зоны восстановления были разделены по режимам, но общий зал растяжки и минеральные бассейны находились в одном пространстве. Все в специальных восстановительных комплектах, всё строго, спокойно, взрослым образом прилично. И всё равно напряжение висело в воздухе горячее пара. Не потому, что кто-то пытался его создать. Просто после общего риска люди иначе смотрят друг на друга. Море смывает лишнее. Усталость снимает маски. Победа делает смех ниже, дыхание глубже, прикосновения значительнее.

Вера сидела на краю технического бассейна и всё ещё мысленно спорила со стабилизатором. Марина, получившая от Алины предварительный выговор, изображала раскаяние с такой театральной серьёзностью, что даже Лидия в какой-то момент отвернулась, скрывая улыбку. Нина раздавала восстановительный напиток, и рядом с ней становилось спокойнее просто от того, как она держала чашки. Алина стояла у мозаичной стены, что-то отмечала в планшете и выглядела безупречно даже после моря, хотя влажная прядь у виска выдавала, что она тоже человек. Зоя исчезла на несколько минут и вернулась уже без куртки, в тёмной тренировочной майке и свободных брюках для зала. Волосы она собрала выше, открыв шею и плечи. От неё шёл пар, тепло и то самое физическое присутствие, которое невозможно игнорировать, даже если очень стараешься.

Она подошла ко мне, когда я стоял у питьевого источника.

— Живы?

— Кажется, да.

— Браслет?

Я показал. Индикатор зелёный с жёлтыми отметками.

— Нормально, — сказала она. — Не идеально, но для мужчины, которого вчера собрали обратно, сойдёт.

— Вы с Верой учились комплиментам в одном месте?

— Нет. Я бы её там победила.

— В комплиментах?

— Во всём.

Она взяла чашку, выпила воду и посмотрела на тренировочный зал за стеклянной перегородкой. Там лежали мягкие маты, стояли стойки для растяжки и висела эмблема физического сектора: красная звезда над силуэтом бегущего человека.

— Пойдёмте, товарищ куратор.

— Куда?

— На дополнительную проверку.

— Медицинский сектор разрешил?

— Медицинский сектор разрешил лёгкий контактный норматив под моим контролем.

— А я разрешил?

Зоя повернулась ко мне. Улыбка медленно тронула губы.