Книга Лучший Работник Союза: Дом Отдыха Героев Пятилетки, страница 34 – Ксения Чернова

В какой-то момент платформа качнулась сильнее, и Нина, закрепляя верхний фиксатор, потеряла равновесие. Я успел подхватить её за локоть. Она оказалась близко — совсем на секунду, но я почувствовал тепло её тела через мокрую ткань рукава, запах соли и фруктового восстановительного напитка, увидел каплю воды на ресницах.

— Спасибо, — сказала она тихо.

— Всегда пожалуйста.

— Не всегда. Когда нужно.

Это простое уточнение почему-то понравилось мне больше любой кокетливой фразы. В этом мире даже благодарность не превращали в бесформенное “навсегда”. Всё имело меру. И от этой меры желание не слабело, а становилось взрослее.

— Запуск через десять секунд, — сказала Вера.

Алина подняла руку.

— Отряд, готовность.

Все замерли.

Вера нажала на панель.

Первый миг ничего не произошло. Внутри у меня всё неприятно упало: стабилизатор, чёрт бы его побрал. Но затем маячный контур вспыхнул мягким бело-красным светом. Свет прошёл по кольцу, поднялся вверх, ударил в отражатель, и над платформой раскрылся тонкий луч — не ослепительный, а ясный, как вертикальная нить. Он поднялся к небу и там распался на несколько красных искр. На берегу ответил сигнал. Система принята.

— Есть! — крикнула Марина, не выдержав.

Даже Алина улыбнулась. Не широко, но я увидел. Вера выдохнула так, будто только что лично убедила упрямую Вселенную соблюдать технические условия. Зоя хлопнула меня по плечу, и от её ладони я едва не качнулся.

— Не утонули, — сказала она.

— Вы почти разочарованы.

— Нет. Почти заинтересована.

Обратный путь мы прошли лучше, чем первый.

И это было уже не из-за меня. Я не сотворил чуда, не стал внезапно великим лидером и не превратил отряд в идеально слаженную машину одним мудрым советом. Просто каждая начала слышать остальных на долю секунды раньше. Алина меньше давила темп и чаще проверяла состояние. Вера предупреждала о технических рисках коротко и по делу, не превращая каждую проблему в личную войну с миром. Зоя держала безопасность, но не перетягивала решение на себя. Марина шла по маршруту так красиво, как могла, но без опасной дуги. Нина распределяла воду и восстановительные пластины не как заботливая наседка, а как часть стратегии. Лидия наблюдала, и в её наблюдении впервые не было только проверки. Кажется, она тоже фиксировала не расхождения, а то, что команда действительно меняется.

Финишировали мы не за два пятнадцать.

За два двадцать одну.

Алина посмотрела на итоговое время, и я приготовился к разбору. Но она повернулась к отряду и сказала:

— Для первой смены, с аварийной корректировкой маршрута и спасением оборудования — результат отличный.

Марина вскинула руки.

— То есть меня не расстреляют у кинозала?

— Тебя разберут у кинозала, — сказала Алина. — Это гуманнее, но дольше.

Вера проверила стабилизатор, уже снятый с платформы.

— Работал ровно. Потому что кто-то послушал инженера.

— Кто-то дал инженеру две минуты, — сказала Зоя.

— Кто-то вообще предложил дать инженеру две минуты, — добавила Нина и посмотрела на меня.

Я хотел отмахнуться, но под взглядами отряда понял, что не стоит. В этом мире, похоже, принимать признание тоже было частью дисциплины.

— Спасибо, — сказал я. — Но вы всё сделали сами.

Зоя покачала головой.

— Неправильный ответ.

— Почему?

— Потому что вы опять пытаетесь исчезнуть из собственной пользы.