Книга Последний Хранитель Империи 3, страница 2 – Сергей Орлов

«Ты здесь?»

«А где мне еще быть, болван?» — раздался в голове знакомый ворчливый голос. — «Застрял в твоем воспаленном мозгу, как в ловушке».

«Что произошло там, в ущелье?» — спросил я. — «Помню только, как активировал синхронизацию с Покровами друзей. А потом…»

«А потом ты чуть не сжег себя изнутри», — резко ответил Александр. — «Смешение стольких разных аур — это всё равно что запрячь в одну упряжку коня, верблюда и тигра. Сначала они рванут вперёд с невероятной силой, но потом тигр сожрёт остальных, разорвёт упряжь и примется за возницу».

«Но я выжил…»

«Потому что ты Вольский», — в голосе предка прозвучала неожиданная гордость. — «И потому что медальон-татуировка перераспределил часть энергии. Но даже ему едва хватило мощи. Когда этот болт пробил твою защиту, он повредил не только тело, но и магические каналы».

Я вспомнил, как во время боя медальон пульсировал, словно имел собственное сердцебиение.

«Что теперь с моим даром?»

«Ослаблен, но восстанавливается», — ответил Александр. — «Однако будь осторожен. Ещё одна такая перегрузка тебя просто убьёт. Человеческое тело не рассчитано на пропускание через себя такой мощи, даже с учётом твоей выносливости. В следующий раз сердце может просто остановиться».

Его слова заставили меня задуматься. Каждый раз, используя синхронизацию, я буквально ставил на кон свою жизнь. Свою ли войну я вёл в этих песках? И стоила ли победа такой цены?

Размышления прервал звук распахнувшейся двери. Не успел целитель выйти, как в комнату влетела Рита. Её глаза расширились, когда она увидела, что я очнулся.

— Сеня! — она бросилась ко мне, забыв обо всякой осторожности, и обняла так крепко, что я невольно застонал от боли.

— Рита, ты меня сейчас окончательно убьёшь, — прошептал я сквозь стиснутые зубы, но в голосе звучала улыбка.

— Прости! Прости, я не хотела… — она попыталась отстраниться, но её глаза, полные тревоги и радости одновременно, выдавали бурю эмоций.

Но я уже притянул её к себе, не обращая внимания на протестующие рёбра и кровоточащие раны. Мир вокруг замер, сконцентрировавшись только на этом моменте, на её теплых руках, на трепещущих ресницах, на запахе горных трав. Должно быть, она провела в этой лечебнице всё то время, что я был без сознания — её волосы пропитались этим характерным ароматом целебных отваров.

— Черт, Рита, ты выглядишь хуже меня, — заметил я, видя её осунувшееся лицо и тёмные круги под глазами. — А я, между прочим, умирал.

Она слабо улыбнулась:

— Очень смешно. Каждый раз, когда я думала уйти отдохнуть, мне казалось, что именно в этот момент ты можешь… — Рита не закончила фразу, но и так всё было понятно.

Наши взгляды встретились, и я увидел в её глазах всё то, что она никогда не решалась произнести вслух. Страх потери, облегчение, радость и что-то ещё, глубокое и настоящее, что мы оба старательно обходили в наших разговорах.

Не было ни слов, ни вопросов — только движение навстречу друг другу, такое естественное, словно мы делали это тысячу раз прежде. Её губы нашли мои — горячие, солёные от слёз, которые она не могла больше сдерживать. Я ощутил вкус её дыхания, прерывистого и сладкого, словно воздух после грозы. Поцелуй был отчаянным, как у людей, обманувших смерть и знающих, что следующего шанса может не быть. В нём сплелись все невысказанные слова, все упущенные возможности, все моменты, когда мы отводили взгляды, боясь признаться даже самим себе в этих чувствах.