Книга Последний Хранитель Империи 3, страница 7 – Сергей Орлов

Я стиснул зубы и рывком поднялся на ноги, игнорируя вспышку боли, прострелившую всё тело. Рана на боку снова открылась, тёмное пятно расплылось по свежим бинтам.

— Чёртов фанатик! — я ударил кулаком по стене, не обращая внимания на боль. — Он должен был атаковать только корабли Фахима! Я никогда не приказывал ему нападать на нейтральные города, тем более уничтожать их.

Мурад и Рита переглянулись, явно пораженные яростью в моём голосе.

— Ты же говорил, что контролируешь его… — осторожно начал Мурад.

— Не контролирую, — я покачал головой. — После нашей схватки он признал во мне какого-то своего «повелителя» из древних легенд. Я согласился использовать его флот против Фахима — это была военная необходимость. Но Австралиец зашел слишком далеко. Он превратил тактический союз в какой-то религиозный крестовый поход.

— Ты не виноват в его безумии, — Рита положила руку на моё плечо, но я покачал головой.

— Это не имеет значения. Пока Австралиец жив и действует как мой «слуга», каждая пролитая им капля крови будет на моей совести. Я должен остановить его.

— Ты едва держишься на ногах, — возразила Рита, но в её глазах читалось понимание.

Мурад внимательно наблюдал за нами:

— Твоё стремление достойно уважения, но разум должен возобладать над порывами. Новость о разрушении Аль-Мины разнесётся по всей Аравии быстрее пустынного ветра. Нам нужен план, а не героическое самопожертвование.

Рита сжала мою руку:

— Должен быть способ доказать всем, что Арсений не причастен к действиям Австралийца.

— Есть только один способ, — мрачно ответил Мурад. — Публично отречься от Австралийца и поклясться уничтожить его, даже ценой собственной жизни. А затем исполнить эту клятву.

Я молчал, глядя на медальон-татуировку, пульсирующую на моей груди. Внезапно в голове словно вспыхнул свет — настолько ясной стала идея, пришедшая ко мне.

— Нет, — я поднял глаза, и все в комнате замерли, увидев выражение моего лица. — Есть другой путь. И он, надеюсь, гораздо более действенный.

Рассвет над портом Аль-Мина начинался так же, как и тысячи раз до этого — золотистый диск солнца выплывал из-за горизонта, окрашивая воды залива в нежно-розовый цвет. Рыбаки уже возвращались с ночного лова, а торговцы расставляли товары на набережной, готовясь к новому дню.

Старый Хасан, потомственный смотритель маяка, протирал зеркала своего извечного поста, когда заметил на горизонте тёмную точку. Она росла, приближаясь, и вскоре превратилась в силуэт корабля. Необычного корабля — с серебристо-голубыми парусами, которые горели в утреннем солнце неестественным светом.

— Да минует нас кара небесная, — прошептал старик, нашаривая на груди талисман, оберегающий от дурного глаза.

Он знал эти паруса. Ещё неделю назад они были чёрными с красной каймой — фирменный знак Австралийца, наводивший ужас на торговые суда. Теперь же они стали голубыми, и это было новым символом опасности.

Слухи о переменах в пирате разлетелись молниеносно. Рассказывали, что после встречи с каким-то русским магом Австралиец помешался, объявил себя воином Синего Демона и начал топить даже те корабли, которые раньше мог пощадить за выкуп. Хасан слышал от прибывших вчера моряков, что теперь пират требует не золота, а присяги его новому хозяину. А тех, кто отказывается от этого предложения, ждёт жестокая смерть.