Книга Темные гастроли, страница 9 – Валерий Шарапов

— Да ничего, — закончил за товарища Девяткин.

— Вот и я так думаю, — согласился Губанов.

— Однако парни убиты, — Девяткин постучал костяшками пальцев по столешнице. — И думаю, найти убийц будет не так-то просто.

— Значит, все же хочешь забрать дело?

— Не знаю, Дима. Не знаю. — Девяткин тоже помедлил, прежде чем продолжить. — Сдается мне, от перемены мест слагаемых сумма не изменится. Неважно, кто будет заниматься расследованием, левобережные или мы. Быстрых результатов ждать не стоит.

— Тогда в чем вопрос? Колись, Саша, я ведь тебя не первый день знаю и интонации твои досконально изучил. Говори, что тебя смущает?

На этот раз Девяткин молчал долго, словно взвешивая все за и против. А когда заговорил, голос его звучал настолько уверенно, что у его собеседника и тени сомнения не возникло в достоверности выводов майора.

— Думаю, нам следует ждать продолжения, — тихо проговорил он. — Я почти уверен, что одним инцидентом дело не ограничится. Вот что меня гложет!

Ответить Губанов не успел. Как только роковая фраза была произнесена, на столе майора ожил аппарат внутренней связи. Звонок телефона прозвучал резко и неожиданно, отчего оба оперативника невольно вздрогнули и переглянулись. Майор протянул руку и поднял трубку.

— Слушаю, — бросил он.

Губанов понял, что вызов поступил от дежурного по части. Он старался вслушиваться в то, что тот говорил, но не смог разобрать ни слова. И все же по выражению лица майора он безошибочно угадал: слова Девяткина оказались пророческими. Как только майор положил трубку, догадка Губанова подтвердилась.

— Началось, — произнес Девяткин.

— Что? — переспросил Губанов, ожидая от майора подробностей.

— В Ленинском районе на улице Старых Большевиков, неподалеку от проходной Научно-исследовательского института электронной техники, произошло нападение, — пояснил Девяткин. — Три жертвы, у всех множественные ножевые ранения. Один скончался на месте, двух других везут в Первую областную на Студенческую. По словам медиков, состояние критическое.

— Думаешь, это наши молодчики? — с сомнением переспросил Губанов. — Поножовщина — это ведь не то, что было в Левобережном.

— Узнаем на месте, — коротко ответил Девяткин. — Собирай ребят, поедем сами.

…Когда милицейская «Волга» с работающей мигалкой припарковалась у проходной НИИ, криминалисты уже вовсю работали. Майор Девяткин первым шагнул за оцепление, организованное патрулем передвижной милицейской группы, за ним следовал капитан Губанов. Лейтенант Червяченко со стажером остались за линией ограждения, получив задание еще в пути. В их задачу входил опрос свидетелей, и справиться с ней было не так-то просто. Сигнал о происшествии пришел в управление спустя сорок минут после нападения, когда на вызов уже выехали и криминалисты, и «скорая», и оперативная группа ОВД Ленинского района, так что зевак и сочувствующих набежало прилично. Для начала лейтенанту и стажеру предстояло отсеять из толпы в несколько десятков человек тех, кто действительно что-то видел, и только потом приступать к опросу.

Криминалисты в серых халатах и резиновых перчатках методично обрабатывали место преступления. Фотограф, вооруженный фотоаппаратом «Зенит» с блиц-лампой, фиксировал периметр: общий план проходной с двух ракурсов, делал крупные снимки меловых силуэтов там, где лежали тела, фиксируя диаметр пятен крови с помощью масштабной линейки, следы обуви, уходящие к забору, разбитое стекло из двери проходной, разлетевшееся во все стороны. Второй криминалист, вооружившись лупой и набором щипцов, ползал на коленях, осматривая трещины в асфальте, осторожно извлекая одному ему видимые улики и упаковывая их в бумажные пакеты. Еще один эксперт, с рулеткой и планшеткой-блокнотом в руках, тщательно вырисовывал схему: расстояние от тела до пятен крови, траекторию разброса капель (индикатор направления удара), позицию трупа относительно различных предметов.