Книга Темные гастроли, страница 7 – Валерий Шарапов

Все же преступление не походило на классическое ограбление. Девяткин изучил материалы дела, пересмотрел фотоснимки с места преступления и даже не поленился съездить в морг, чтобы лично осмотреть тела, и пришел к выводу, что для ограбления дело слишком кровавое. Зачем нужно было избивать жертв до смерти, когда и пары ударов хватило бы, чтобы сломить сопротивление, даже если таковое имело место?

После того как удалось опознать тела, вопрос этот стал еще более актуальным. Пострадавшие, Герман Бергер и Семен Макаров, среднестатистические, ничем не выделяющиеся личности. Оба работали на Коминтерновском заводе, специализирующемся на изготовлении деталей для экскаваторов. Бергер трудился токарем, а Семен — электромонтером. И если Бергер, выходец из поволжских немцев, хотя бы в школьные годы занимался борьбой, то Семен спортом не интересовался вовсе. И тот и другой жили с родителями и собственными семьями не обзавелись, что также говорило в пользу теории Девяткина. Одно дело отдать деньги, на которые кормятся твои дети, и совсем другое — из личных сбережений.

Опознать жертвы удалось так быстро благодаря бдительности родителей. И Бергеры, и Макаровы обратились в милицию уже в воскресенье, когда их сыновья не вернулись домой. И опять же, если для Бергера проводить ночь у друзей было делом привычным, то Семен Макаров считался домоседом и вообще редко покидал квартиру в вечернее время. Из всего этого следовало, что, столкнувшись с преступниками, молодые люди вряд ли стали бы нарываться на конфликт. Скорее, они добровольно отдали бы деньги и другие ценности грабителям. Но тогда почему они все же мертвы?

Зрелище, представшее Девяткину в морге, повергло в шок даже видавшего виды оперативника. Бергеру досталось сильнее: череп проломлен в трех местах так яростно, что мозговая жидкость вытекла из носа и ушей. Одно это должно было привести к отеку мозга и почти мгновенной смерти, но его все равно продолжали бить, уже после смерти. Об этом говорили многочисленные переломы костей конечностей, гематомы и рваные раны. Кроме того, Бергеру сломали несколько ребер, раздробили тазовые кости, а ступни превратили в сплошное месиво из обломков костей. Семен Макаров, по утверждению судмедэксперта, умер от болевого шока за считаные минуты. Его сердце попросту не выдержало боли, но нападавшие и его отделали так, что на опознании мать жертвы потеряла сознание, а отец смог опознать сына только по родимому пятну в подмышечной впадине.

Все это наводило на мысль, что ограбление не было целью преступников. Жестокость ради жестокости — вот о чем думал майор Девяткин, сидя в рабочем кабинете перед папкой с материалами дела. Как такое возможно? Криминальная обстановка в его родном городе многие годы оставалась на довольно приличном уровне. Если оперировать статистическими данными, то доля тяжких преступлений не превышала 5 процентов от общего числа правонарушений. Да, ему было известно о росте так называемой «бытовухи» и о преступных бандах, имеющих место в крупных городах. Но ведь они не в Казани и не в Ростове. Они в Воронеже! Спокойном в криминальном плане городе Советского Союза! Так откуда взялись эти выродки, забившие до смерти двух парней за гроши в их худых кошельках?

Размышления майора прервал стук в дверь. Почти сразу после этого дверь открылась, и на пороге возник давний друг и соратник Девяткина капитан Губанов. С Дмитрием Губановым майор работал уже 5 лет и был весьма высокого мнения о его оперативных способностях. Как-то само собой так сложилось, что их рабочие отношения быстро переросли в крепкую мужскую дружбу, подкрепленную тем обстоятельством, что и супруги оперативников поладили, что называется, с первой встречи.