Книга Восхождение Морна. Том 3, страница 137 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Я молчал, давая ему время понервничать. В камине потрескивали поленья, за окном шумела улица, а между нами росла тишина, густая и давящая. Щербатый сидел и ждал приговора, ждал условий, ждал хоть какой-то реакции.

А я смотрел на огонь и пытался осознать масштаб происходящего.

Ещё вчера я был просто ссыльным аристократом. Неудачником с громкой фамилией и карманами, в которых ветер гулял. Человеком, от которого отрёкся собственный отец — и, положа руку на сердце, было за что. А сегодня сижу в кресле напротив местного криминального босса, и он смотрит на меня так, будто я — посланник апокалипсиса, который вот-вот решит его судьбу.

И всё это — из-за козы.

Грёбаной племенной козы, которую мы украли по пьяни.

Я чуть не рассмеялся в голос. Еле сдержался, честное слово. Представил, как буду рассказывать эту историю внукам: «Дети, а знаете, как ваш дедушка заработал свою первую тысячу золотых? Напился до беспамятства и спёр козу у местной мафии. Нет, я не шучу. Да, козу. Обычную козу, которая ест траву и говорит „ме“. Ну, не совсем обычную — за тысячу золотых. Но всё равно козу».

Воспитательный момент получился бы так себе, но зато какая история.

Пьяный Артём, кем бы ты ни был — ты гений. Безумный, непредсказуемый гений, которого надо держать на цепи и не подпускать к алкоголю. Ты умудрился одной идиотской выходкой создать мне репутацию, на которую другие работают годами. Я бы тебе руку пожал, если бы ты не был мной же, только в состоянии алкогольного безумия. А так — ну, спасибо, наверное. Хотя лучше бы ты просто уснул под столом, как нормальные люди.

Но что сделано, то сделано. Щербатый хочет видеть заговор — он его увидит. Хочет бояться моего отца — пусть боится. Хочет верить, что за каждым моим шагом стоит великий план, а не пьяный бред и случайность — кто я такой, чтобы разрушать чужие иллюзии?

Правильно. Никто. Так что буду сидеть с умным лицом и делать вид, что всё идёт по плану.

По великому плану Морнов.

По плану, который существует только в голове параноика напротив.

Господи, моя жизнь превратилась в плохой анекдот.

Щербатый тем временем сидел, сложив руки на груди, и смотрел на меня с видом человека, который разгадал величайшую загадку века. Прямо Шерлок Холмс местного разлива, только вместо трубки — гнилые зубы, а вместо скрипки — топор на стене.

И ведь его теперь не переубедишь. Он так красиво всё себе придумал, так ладно сложил кусочки мозаики, что любая попытка объяснить правду будет выглядеть жалким враньём. «Нет-нет, господин криминальный авторитет, никакого заговора нет, мы просто нажрались и украли вашу козу, потому что… ну… показалось хорошей идеей в тот момент».

Да он первый рассмеётся. А потом задумается, в его параноидальной башке щёлкнет очередная шестерёнка, и он решит, что это очередной уровень игры: «Ага! Он хочет, чтобы я думал, что это случайность! Чтобы я расслабился и потерял бдительность! Но меня не проведёшь!»

И станет бояться ещё сильнее, потому что нет ничего страшнее врага, который притворяется идиотом. Особенно если ты уже решил, что он гений.

Так что правда мне не поможет, а вот ложь, в которую Щербатый сам хочет верить — очень даже. Осталось только эту ложь правильно упаковать и подать под нужным соусом.

— Знаешь, что меня удивляет? — сказал я наконец, и Щербатый весь подобрался, будто пёс, услышавший команду. — Размах твоих… ответных мер.