Книга Пустующий трон, страница 138 – Кен Лю

Тэра с легкостью излагала свои мысли. Девушку совершенно не беспокоило то, что она говорит с акцентом или не знает все необходимые слова.

— Я действительно не люблю рассуждать о сердечных делах, но это не значит, что я бесчувственна. Признаюсь вам честно: я согласилась выйти за Таквала, зная лишь, что он отважно переплыл океан, чтобы попасть в Дара в поисках способа освободить свой народ. Мое сердце принадлежало другому человеку, и я мечтала об иной жизни, а не о той, что обещал мне Таквал. – Тэра перестала видеть лицо Соулийян. Она больше не выступала перед невидимой аудиторией, а как будто бы обращалась к самой себе. – Но времена меняются, люди меняются и растут. Я прожила с Таквалом уже больше года, мы вместе заглядывали в глаза смерти и отчаянию. Плечом к плечу мы встречали огненное дыхание гаринафина и погружались в морскую пучину с крубенами; мы преодолели бескрайний океан и безводные пустоши Луродия Танта; мы расходились во мнениях и спорили, но затем вместе придумывали способы спасти как можно больше людей. Незаметно для меня мое сердце выросло, и в нем появилось место для Таквала, равно как и в сердце Таквала появилось место для меня. Мы пока еще не являемся отражениями душ друг друга, но во всех мыслях каждого из нас уже зримо присутствует тень другого. Многие женатые пары не в силах достичь этого, как бы ни старались…

— Тогда почему вместо Таквала ты выходишь за моего брата?

На миг Тэре показалось, что земля ушла у нее из-под ног, и девушка едва не упала.

— Что?

— Пользуясь принципом старшинства, Вольу отобрал у Таквала право заключить с тобой династический брак. Ради твоего родного Дара Таквал не стал вызывать дядю на поединок и согласился отправиться в изгнание. Чтобы успокоить Вольу, он станет танто-льу-наро и навсегда отречется от бранных дел.

— Что?.. Как?.. Когда?.. Почему?.. – Вопросы один за другим возникали в голове Тэры, и она не знала, с чего начать.

Это было со стороны Таквала предательством, ибо таким образом он не только перечеркнул все, через что они вместе прошли и чего достигли, но и разбил ее сердце.

Вглядевшись в лицо собеседницы, Соулийян убедилась в ее искренности и тяжело вздохнула.

— Вижу, что ты действительно ничего не знала.

— Не знала. Клянусь! – Тэра одновременно была удивлена и разгневана.

Теперь понятно, почему Вольу и Таквал так странно себя вели. Все эти разговоры об объездке гаринафинов, вопросы о жертвах, необходимых ради великой цели, и прочая чепуха о том, что некоторые вещи принято обсуждать только в кругу семьи.

— Где Таквал? – Девушка едва не схватила Соулийян за плечи и не закричала ей в лицо. – Пусть немедленно вернется и объяснится со мной!

В ярости она вскочила и двинулась к выходу из шатра.

— Остановись! Ты не найдешь его в поселении, – сказала Соулийян. – Таквал уже отправился в изгнание. Просил меня не встречаться с тобой до свадьбы, но я его мать и не обязана слушаться.

— А я не какой-то там талисман, которым они с дядей могут перебрасываться! – возмущенно закричала Тэра. – Я его невеста, и свадьба состоится – или не состоится – только с моего согласия!

— Ты совсем не такая, как я ожидала. – Соулийян впервые за все время искренне улыбнулась.

— Объясните, чего этим добивается Таквал. – Девушка стиснула зубы.