Книга Говорящие кости, страница 448 – Кен Лю

— В ожидании возобновления поставок я ввела ограничения на раздачу тольусы, – оправдывалась Кутанрово. – Однако наши успехи в отражении вторжения дара-рааки и новый мирный договор, предусматривавший увеличение дани, требовали больше празднеств. Я боюсь богов и верю им, а потому распорядилась устраивать больше…

— Хватит уже оправдываться! – рявкнула Танванаки, заскрежетав зубами. И распорядилась: – Раздать всю тольусу из военных запасов, чтобы заглушить эту вспышку безумия! Она скоро пройдет, а мы всегда сможем решить трудности с размножением гаринафинов в следующем году.

— Дело в том, что тут… – Кутанрово замялась, – тут есть… э-э-э… еще одна проблема.

И она поведала пэкьу, что как раз перед тем, как флотилии пиратов перестали поставлять дикорастущую ягоду, некая загадочная напасть поразила плантации тольусы на острове Руи. Все растения оказались покрыты каким-то белым налетом, похожим на иней. Листья стали скручиваться, цветы опадать, ягоды сморщиваться, и в считаные дни все плантации похожих на языки лавы растений погибли. На данный момент на всем Руи не осталось ни одного живого куста тольусы.

— Почему ты мне своевременно обо всем не доложила? – потребовала ответа Танванаки, испытывая нехорошее предчувствие.

В памяти у нее всплыл коварный план, который пытался воплотить в жизнь Луан Цзиа десять с лишним лет тому назад. Неужели кошмар стал явью? Без тольусы льуку обречены на гибель.

— Я думала, мы сможем пополнить запасы, посеяв семена дикой тольусы, ввезенной из Дара, – сказала Кутанрово. – Но… но они, к сожалению, не взошли.

Танванаки вскочила с места столь резко, что едва не упала, когда кровь прилила к голове.

— Как такое возможно?

— Семена не дают ростков, – промолвила Кутанрово уныло. – Я… я не знаю почему. Кое-кто из туземных рабов говорит, что плоды, наверное, специально обжарили или еще каким-то образом обработали, чтобы убить в них жизнь. Но лично я в это не верю. Что грязноногие невольники смыслят в наших священных ягодах?

«Может, это воля богов, решивших покончить с нами? – размышляла Танванаки в отчаянии. – Или это… заговор? Нет, невозможно!»

В конце концов угроза вымирания, нависшая над боевыми гаринафинами, вынудила Танванаки совершить немыслимый прежде поступок. Она обратилась к старой подруге Гозтан Рьото. Со времени поражения в битве возле острова Полумесяца тан-гаринафин находилась в опале, но в вопросах, касающихся гаринафинов или тольусы, пэкьу не могла довериться никому, кроме нее. Поэтому Гозтан вернули прежнее высокое положение, и даже Кутанрово не осмелилась против этого возражать.

Когда Гозтан ввели в курс дела, она обнадежила Танванаки:

— Еще не все потеряно. У нас ведь остались плантации тольусы на Дасу. Их немного, поскольку открытые выходы лавы на поверхность на этом острове встречаются редко, но они есть. Если мы сумеем спасти эти растения от болезни, то сможем использовать собранные ягоды, чтобы помочь страдающим от безумия воинам и преумножить поголовье гаринафинов.

Пэкьу велела Гозтан немедленно этим заняться, и тан отбыла выполнять поручение.

Дабы помешать переносу заразы на Дасу, Танванаки запретила любое сообщение между островами: по воздуху, по воде или через туннель. Намереваясь попасть на Дасу, Гозтан и ее люди искупались в обжигающе горячей воде, после чего голышом взошли на борт корабля. На середине пролива их встретило судно с Дасу, и прежде, чем перейти на него, они снова приняли ванну, чтобы не пронести на себе ни единой пылинки с острова Руи.